Во время этого заплыва, как, впрочем, и всегда, у нас не было никакой особой цели, никаких глупых гонок, никаких условий вроде: выиграет тот, кто первым окажется на противоположной стороне. Мы просто плыли. Уже в нескольких футах от берега, как только закончилась отмель, я приготовился – сейчас станет холодно. Холод сковал все тело. Грудь сдавило. Дышал я резко, взахлеб. Но это чувство было мне знакомо, поэтому грести я не прекращал. Глоток воздуха – толчок. Глоток – толчок. Я слышал, как где-то поблизости сдавленное дыхание Руби вторит моему, но продолжал плыть дальше в темноту с закрытыми глазами.

- Джес, - раздался первый оклик. Он не произнес, а выдохнул это слово. – Джес.

Я открыл глаза и поискал его в кромешной тьме.

- Руби, - позвал я, продолжая двигаться вперед.

Когда несколько секунд спустя я понял, что его уже нет, было слишком поздно. Я отчаянно заметался во все стороны, не зная, куда смотреть, куда дальше повернуть. Той безлунной ночью мне вдруг вспомнились цыплята, что мы держали во дворе за фабрикой. Не знаю, почему они вдруг пришли на ум. Когда открываешь клетку и выбираешь одного на убой, они разбегаются зигзагами, не понимая, куда бегут и от кого спасаются. У жертвы всегда отсутствующее выражение лица. Не испуганное или грустное, а просто потерянное.

Волей судьбы первой встречной машиной после часа ходьбы по пустынной дороге, оказался отцовский автомобиль. Только отец должен был найти меня в таком состоянии – раздетого, с безумным взглядом. Я прокричал ему, что случилось с Руби. Не знаю, удалось ли мне внятно выразиться.

- Он ведь не шутит с тобой, - сказал отец в своей всегдашней манере. Никогда никаких вопросов. Одни утверждения.

- Нет, точно! – провизжал я.

- Ты сказочки не рассказываешь?

Отвечать не было нужды.

- В таком случае, он уже мертв, - сказал он, впуская меня внутрь. – За одеждой вернемся завтра.

Я боялся, что он сердится на меня, ведь из-за меня ему пришлось проделать весь этот долгий путь домой, прежде чем снова вернуться в Кампар на вечернюю карточную партию. Было страшно, поэтому я не вымолвил больше ни слова.

Вот в общих чертах история о том, как погиб мой друг Руби.