YUMA

И в этот раз, как и раньше, у нас не было никакой цели; ни глупых гонок наперегонки, ни что-то вроде «первый, кто приплывет к другому берегу – победитель». Мы всего лишь купались. Неподалеку от того места, где край скалы уменьшался, я уже приготовился к холоду. Он пронзал все тело, сдавливал грудь. Я дышал взахлеб, но все это мне уже было знакомо, поэтому я продолжал двигать руками и ногами. Гребок. Толчок ногой. Гребок. Толчок ногой. Тяжелое дыхание Руби сливалось с моим, но я продолжал плыть с закрытыми глазами в темноту.

- Джас – раздался зов. Голос у Руби совсем пропал и он говорил шепотом. – Джас.

Я открыл глаза и поискал его во мгле.

- Руби? – позвал я, все еще двигаясь вперед.

Пока до меня дошло спустя несколько секунд, что его больше нет, стало слишком поздно. Я бешено плыл в разных направлениях, не различая куда смотреть и куда поворачивать дальше. В безлунную ночь я подумал о курицах, которых мы держали на нашем дворе за фабрикой. Сам не знаю, почему я вспомнил о них. Когда входишь в курятник, чтобы выбрать одну на убой, они начинают беспорядочно бегать, не понимая, куда и от кого. У жертвы всегда безучастный взгляд, не полный ужаса или печали, а всего лишь потерянный.

Конечно, это судьба, что первым автомобилем, который я встретил, когда целый час плелся по пустынной дороге, стал автомобиль моего Отца. Именно Отцу довелось найти меня – раздетого и с безумным взглядом. Я громко закричал о том, что случилось с Руби. Осмысленно я это делал или нет, даже не знаю.

- Не разыгрывает ли он тебя – произнес Отец в обычной для себя манере говорить – никаких вопросов, одни утверждения.

- Конечно, нет! – воскликнул я.

- А ты не врешь?

Я не счел нужным отвечать.

- Тогда его уже нет – сказал он, открывая для меня дверь – Одежду заберем завтра.

Я боялся, что он злился на меня за то, что я заставил его идти домой перед его поездкой в Кампар на его вечернюю игру в карты. Я чувствовал себя виноватым, поэтому молчал.

Вот так и погиб мой друг Руби Вонг.