Таш О
Фабрика шелка «Гармония»

В этот раз, как и прежде, мы плыли без всякой цели. Никаких глупых гонок на звание чемпиона. Плыли, и всех делов. За несколько футов до того места, где отмель заканчивалась, я приготовился. От стужи все мое тело сжалось, дыхание перехватило. Я часто задышал, но мне было не впервой, и я плыл, не останавливаясь. Замах-гребок, замах-гребок. Руби прерывисто дышал где-то рядом, но я продолжал плыть в темноту с закрытыми глазами.

— Джас, — не произнес, а выдохнул Руби. И снова:

— Джас.

Я открыл глаза и поискал его в абсолютной темноте.

— Что, Руби? — не останавливаясь, спросил я.

Прошло несколько секунд, прежде чем я осознал, что его нет рядом. Но было слишком поздно. Я неистово заметался в разные стороны, но не знал, куда податься. В эту безлунную ночь, сам не знаю, почему, мне вспомнились куры, которых мы держали во дворе за фабрикой. Когда мы входили в клетку за очередной жертвой, они разбегались от нас зигзагами, не соображая, куда и от кого бегут. У пойманной на убой птицы всегда был отсутствующий взгляд. Ни испуга, ни печали, одна лишь пустота в глазах.

Как назло, первой на пустынной дороге мне попалась машина отца. Именно отцу суждено было найти меня — голого и ошалелого. Я прокричал о том, что случилось с Руби. Не знаю, соображал ли я тогда хоть что-нибудь.

— Он тебя не разыгрывает. — Такая уж у отца была манера. Никаких вопросов, только утверждения.

— Нет, я уверен, — выпалил я.

— И ты не придумываешь.

Мне не было нужды отвечать.

— Тогда он уже мертв, — отец открыл передо мной дверцу. — Мы вернемся за твоими вещами завтра.

Я боялся, что он зол на меня из-за того, что ему придется ехать прямиком домой, а не завернуть к Кампару, чтобы, как обычно, перекинуться в картишки. Я боялся, поэтому молчал.

Вот так и сгинул мой друг Руби Вонг.