В тот раз мы просто плавали. Как и все предыдущие разы. Без всякой цели, без глупых гонок, без всяких там «кто первый до туда – тот и победил». Решили просто поплавать. Отплыли на несколько футов от края, где обрывается шельф. Я приготовился к холоду, который сдавил моё тело, выжал воздух из легких/ Я резко вдохнул, задыхаясь, но это ощущение было мне уже знакомо, поэтому я продолжил энергично двигаться в воде. Вдох, выдох. Вдох, выдох. Я слышал задыхающееся дыхание Руби, отражавшее мое собственное, но я продолжал плыть в темноту с закрытыми глазами.


-- Джас, -- услышал как он в первй раз позвал меня. Руби выдохнул слово, а не сказал его. – Джас.


Я открыл глаза и поискал его в кромешной темноте.


– Руби? – позвал я, продолжая плыть вперед.


К тому времени, спустя несколько секунд, когда до меня дошло, что его уже нигде нет, было слишком поздно. Я бешено плавал вокруг в разных направлениях, без понятия, где искать, куда повернуть дальше. В безлунной ночи мне вспомнились куры, которых мы держали на заднем дворе фабрики. Не знаю почему они тогда пришли мне на ум. Когда вы заходите в курятник, чтобы выбрать одну из куриц на забой, они могут метаться зигзагами, не понимая куда бегут и от кого спасаются. У жертвы всегда бессмысленное выражение лица, не напуганное, не печальное, просто потерянное.


Конечно, это была судьба, что после часа ходьбы по пустынной дороге, первая встреченная мной машина, оказалась машиной Отца. Именно Отец должен был меня найти, голого, с дикими глазами. Я проголосил ему о том, что случилось с Руби. Не знаю, насколько я был убедителен.


-- Он не подшутил над тобой, -- сказал Отец. Именно так он всегда и говорил. Никогда не задавал вопросы, всегда высказывался утверждениями.


-- Нет! Не подшутил! –выкрикнул я.


-- А ты не сочиняешь?


На это мне не было нужды отвечать.


-- Тогда Руби уже мертв, -- сказал он, открывая передо мной дверь машины. -- Завтра мы сходим на берег за твоей одеждой.


Я испугался, что он разозлится на меня из-за того, что я заставил его проделать путь домой дважды, перед тем как вернуться обратно в Кампар, где он играл в карты по вечерам. Испугался, поэтому больше ничего не сказал.
Вот так погиб мой друг Руби Вонг, более или менее, так.