В тот раз, когда мы отправились плавать, у нас не было никакой цели - как и всегда. Ни попыток обогнать друг друга, ни “кто первый доплывет до другого берега, тот и выиграл”. Мы просто плавали. Стоя в нескольких футах от резко обрывающегося края площадки, я мысленно приготовился к тому, что сейчас будет холодно. И холод охватил всё тело, выдавливая воздух из груди. Я выдохнул резко, сдавленно. Но это ощущение было мне знакомо, и я продолжил двигаться вперед. Вытянуться. Оттолкнуться. Вытянуться. Оттолкнуться. Я слышал дыхание Руби - такое же прерывистое, как мое собственное, и продолжал плыть сквозь черноту, не открывая глаз.

- Джес, - позвал он в первый раз. Не произнес, а буквально выдохнул это слово, - Джес...

Я открыл глаза и попытался разглядеть его в этой непроглядной тьме.

- Руби? - позвал я, не прекращая плыть вперед.

Только спустя несколько секунд я осознал, что его не было рядом - но было уже слишком поздно. Я беспорядочно метался в воде в разные стороны, не представляя, где его искать, куда бросаться в первую очередь. Ночь была безлунной. Почему-то мне на ум пришли куры, которых мы держали на заднем дворе фабрики. Когда заходишь в курятник, чтобы зарезать одну из них, они начинают носиться беспорядочными зигзагами, совершенно не понимая, куда и от чего они бегут. А у жертвы вид всегда какой-то отсутствующий - не напуганный, не грустный, просто потерянный.

Первая машина встретилась мне только после часа блужданий по пустынной дороге. И конечно же это была машина отца. Именно отец и должен был обнаружить меня - голого, с дикими от испуга глазами. Я одним духом выпалил, что произошло с Руби. Не знаю, можно ли было вообще понять смысл того, что я говорил.

- Он же не разыгрывает тебя, - сказал отец. Это была его манера разговаривать - он никогда не задавал вопросов, только утверждал.

- Нет, точно нет!

- Ты не выдумываешь?

Можно было уже не отвечать.

- Ну если так, то он уже мертв, - сказал он, открывая для меня дверь машины, - За твоей одеждой вернемся завтра.

Я побоялся, что он злится на меня -  теперь ему придется проделать весь путь до дома, а потом развернуться и проехать столько же до Кампара, где он по вечерам  играл в карты. Поэтому я больше не сказал ни слова.

Как-то так и умер мой друг Руби Вонг.