В этот раз, как впрочем и всегда, мы не ставили какой-то цели, не устраивали глупых соревнований, не спорили, «кто первый до того берега». Мы просто купались. На краю уступа в нескольких футах от берега я приготовился к холоду. Он разом охватил мое тело, выжимая воздух из моей груди. Дыхание стало рваным, судорожным, но эти ощущения были мне не в новинку, поэтому мои движения оставались ритмичными. К себе. От себя. К себе. От себя. Я слышал сдавленное дыхание Руби, вторящее моему, но продолжал плыть в черноту с закрытыми глазами.
- Джес! - донесся до меня первый зов. Руби скорее выдохнул мое имя, чем произнес. – Джес.
Я открыл глаза и огляделся в бесконечной темноте.
- Руби? – позвал я, не останавливаясь.
Лишь через несколько секунд я осознал, что он не отвечает, но было уже слишком поздно. Я яростно метался по воде из одной стороны в другую, не зная, где искать, куда повернуть. Во тьме безлунной ночи я вдруг подумал о цыплятах, которых мы держали за фабрикой. Не знаю, почему они пришли мне в голову. Когда входишь в курятник выбрать одного из них на убой, они бросаются врассыпную, не имея ни малейшего представления, куда они бегут и от кого убегают. Обреченного цыпленка всегда отличает бессмысленный взгляд - не испуганный, даже не печальный - просто безразличный.
Разумеется, единственной машиной, которая за целый час встретилась мне на безлюдной дороге, была машина отца – иначе и быть не могло. Именно он должен был найти меня - голого и с безумным взглядом. Я начал кричать о том, что случилось. Не уверен, что вразумительно.
- А он не шутит над тобой, - сказал Отец. Так он разговаривал. Никогда не задавал вопросы, только утверждал.
- Нет, я уверен! – воскликнул я.
- Ты не выдумываешь?
Ответа от меня не требовалось.
- Тогда он уже мертв, - сказал он, открывая для меня дверь машины. – Мы вернемся за твоей одеждой завтра.
Я боялся, что он зол на меня за то, что я заставил его проделать путь назад домой, а затем снова в Кампар на вечернюю игру в карты. Я боялся, поэтому не сказал больше ни слова.
Так, в общих чертах, погиб мой друг Руби Вонг.