Таш О
Шелковая фабрика «Гармония»
В тот раз, как и всегда, мы плавали просто так, не наперегонки, без всяких там дурацких «кто быстрее доплывет вон туда, тот выиграл». Просто плавали. Я был готов к тому, что в паре футов от берега, где заканчивалась отмель, почувствую холод. Он охватил все тело, словно выжимая воздух из груди. Я дышал прерывисто, казалось, сейчас задохнусь, но так уже бывало раньше, и я продолжал барахтаться. Подтянуться, оттолкнуться, подтянуться, оттолкнуться. Я слышал такое же прерывистое дыхание Руби, оно вторило моему собственному, как эхо, но продолжал плыть с закрытыми глазами.

- Джес, - услышал я, Руби скорее выдохнул мое имя, чем произнес, - Джес.
Я открыл глаза и попытался разглядеть его в непроглядной темноте.
- Руби? - позвал я, продолжая плыть.

Когда до меня дошло, что его нет нигде поблизости, было поздно. Я метнулся в одну сторону, потом в другую, не зная, где искать его, куда еще повернуть. И тут, откуда ни возьмись, в кромешной тьме перед глазами встал птичий двор за нашей фабрикой. Когда кто-то приходил туда, чтобы выбрать курицу на убой, они разбегались зигзагами, врассыпную, не зная ни куда бегут, ни от кого. Жертва всегда смотрела пустыми глазами. Она не казалась ни напуганной, ни грустной, просто растерянной.

Первая машина, которая попалась мне спустя час ходьбы голышом вдоль пустынной дороги, оказалась, по воле судьбы, машиной моего отца. Кому же, как не ему было заметить на обочине меня, голого, с безумным взглядом? Я прокричал о том, что случилось с Руби. Не знаю, понимал ли я сам смысл своих слов.

- Разыгрывать тебя он не станет, - произнес отец в своей обычной манере, утвердительно. Вопросов он вообще никогда не задавал.
- Нет, ни за что! – выпалил я.
- Ты не сочиняешь?
Мне не было нужды отвечать.
- Значит, его уже нет в живых, - сказал отец, открывая мне дверь машины, - завтра поедем, заберем твою одежду.

Я боялся, что отец злится на меня, за то, что ему теперь придется ехать прямо домой, не свернув в Кампар, чтоб сыграть в карты, как он привык делать по вечерам. Так боялся, что не сказал ни слова до самого дома.

Так не стало моего друга Руби Вонга, как-то так.