Таш Оув, Шёлковая фабрика "Гармония"

Плавать мы пошли, как и всегда, без особой цели, не наперегонки, без всяких "победил тот, кто быстрее доплывет". Мы просто плавали. В метре от того места, где кончалась отмель, я собрался с духом. Ледяная вода тут же пробрала меня до костей, так что перехватило дыхание. Я судорожно втягивал воздух, но ощущение было мне знакомо, и я продолжал грести. Рывок. Толчок. Рывок. Толчок. До меня доносились сдавленные вздохи Руби, повторявшие мои собственные, но я всё дальше плыл в темноту, не разжимая глаз.

- Джас, - раздался зов. Руби не произнёс, а только выдохнул имя. - Джас.

Я открыл глаза и попытался разглядеть его в беспроглядной тьме.

- Руби? - отозвался я, продолжая плыть.

Несколько секунд спустя я понял, что его нигде нет, но было уже слишком поздно. Я изо всех сил грёб то в одну сторону, то в другую, не зная, где его искать, куда плыть. Под безлунным ночным небом я подумал о курах, которых мы держали во дворе за фабрикой. Не знаю, почему они мне вдруг вспомнились. Когда кто-то приходил забрать птицу на убой, курицы начинали носиться туда-сюда, не разбирая, куда бегут и от кого. У пойманной птицы всегда был безразличный вид, не испуганный или печальный – беспомощный.

Не иначе как по воле судьбы, спустя час моих блужданий по безлюдной дороге, первой мне попалась машина отца. Кому же еще подбирать меня, голого и всклокоченного. Я проверещал о том, что случилось с Руби. Не знаю, понял меня отец или нет.

- А он не подшутил над тобой, - сказал он. Отец так всегда выражался: не задавал вопросов, а утверждал.

- Да нет же! – вскричал я.

- Ты не выдумываешь?

Я мог и не отвечать.

- Тогда он уже мёртв, - сказал отец, открывая мне дверь машины. - Заберём твою одежду завтра.

Я боялся, что отец разозлился, ведь теперь ему нужно было отвезти меня домой, а потом снова проделать путь до Кампара, где он по вечерам играл в карты. Я боялся, и потому больше не проронил ни слова.

Как-то так и не стало моего друга Руби Вона.