Шелковая фабрика «Гармония»

У того заплыва, впрочем, как и любого другого, не было никакой цели. Никаких глупых гонок и споров о том, кто вперед доплывет до противоположного берега. Мы просто плавали. За несколько метров до обрыва шельфа, я приготовился к встрече с холодной водой. Холод охватил все тело и выдавил весь воздух из легких. Я дышал резко и сбивчиво. Это чувство было мне давно знакомо, поэтому я просто продолжал плыть, превозмогая холод. Замах. Гребок. Замах. Еще гребок. Сдавленное дыхание Руби вторило моему. Я продолжал уверенно грести во тьму, закрыв глаза.

- Джас, - донеслось до меня в первый раз. Руби словно захлебывался моим именем, позвать нормально он уже не мог. – Джас.

Я открыл глаза и принялся искать его в кромешной тьме. «Руби?» - позвал я, продолжая плыть вперед.

Через несколько секунд я понял, что его нигде нет, но было уже слишком поздно. Я бешено метался из стороны в сторону, не зная куда смотреть, куда плыть. Тогда, посреди безлунной ночи, я почему-то вспомнил о курах, которых мы держали на заднем дворе фабрики. Понятия не имею, почему на ум пришли именно они: когда приходишь в курятник за одной из них, все разбегаются в разные стороны зигзагами, даже не задумываясь куда бегут и от кого. Вспомнилось отсутствующие выражение лица выбранной жертвы - ни ужаса, ни сожаления, лишь потерянность.

Конечно же это была судьба, что, битый час бродя по пустой дороге, первой я встретил машину Отца. Так и должно было быть, кто бы еще остановился, увидев голого человека с обезумевшими глазами. Я как сумасшедший кричал ему о том, что произошло с Руби. Понимал ли я, что делал, не знаю.

- Он не разыгрывает тебя, - сказал Отец. Именно так и сказал. Никогда не спрашивал, только утверждал.

- Нет! Я уверен! - кричал я.

- Ты точно меня не обманываешь?

Ответа не потребовалось.

- Тогда он уже мертв, - сказал он, открывая дверь, чтобы я сел внутрь. – Мы вернемся за твоей одеждой завтра.

Я боялся, что он разозлился, потому что теперь из-за меня ему придется снова проделывать весь путь домой и во второй раз возвращаться в Кампар для вечерней игры в карты. Я боялся и поэтому больше ничего не говорил.

Вот так погиб мой друг Руби Вонг. Ни добавить, ни убавить.