Шелкопрядильная фабрика «Гармония»

Мы просто поплыли – как всегда, безо всякой цели, без глупого соперничества, безо всех этих «кто первый – тот победил». Через несколько футов, когда берег пропал из виду, я приготовился. Холод обхватил меня сразу со всех сторон, выдавливая воздух из легких. Я часто-часто задышал. Ощущения были мне знакомы, поэтому я не остановил движения рук и ног. Вдох-выдох. Взмах-толчок. Позади в такт моему слышалось прерывистое дыхание Руби. Я закрыл глаза и поплыл в темноте.

- Джас! – позвал меня Руби. Это не был звук, это был выдох. – Джас!

Я открыл глаза и поискал его в кромешной тьме.

- Руби? – вдох-выдох, взмах-толчок.

Через несколько секунд, когда я осознал, что его нет, было уже поздно. Я неистово метался в воде, не зная, где искать, в какую сторону плыть. В эту безлунную ночь, не знаю почему, мне вспомнились куры, которых мы держали во дворе позади фабрики. Когда входишь в курятник, куры, словно зная, что их ждет, носятся зигзагами, не соображая, куда или от кого надо спасаться. У пойманной жертвы всегда отсутствующий взгляд, не испуганный и даже не тоскливый, просто безразличный.

Разумеется, первым авто на пустынной дороге, по которой я шел уже час, была машина моего отца. Именно отец должен был найти меня, раздетого и полуобезумевшего. Я криками пытался объяснить, что случилось с Руби, едва ли понимая, что говорю.

- Он же не разыграл тебя, - отец никогда не спрашивал, он всегда утверждал.

- Нет, нет! – надрывался я.

- Ты не выдумываешь? - не было нужды отвечать на этот вопрос.

- Тогда он уже мертв, - он открыл передо мной дверь машины. – Завтра мы вернемся за твоей одеждой.

Мне показалось, что он злится на меня, потому что ему придется сначала отвезти меня домой, а потом обратно возвращаться в Кампар к ежевечерней игре в карты. Я был напуган, поэтому не сказал ни слова.

Вот так погиб мой друг Руби Вонг.