В тот раз, впрочем, как и в любой другой, мы просто плавали. Без цели, без дурацкого соревнования «кто первым окажется на той стороне». За несколько футов до края отмели, где дно резко понижалось, я сжал зубы и приготовился. Вода, выдавливая воздух из лёгких, холодом обожгла тело. Дыхание участилось, стало рваным, но для меня такое было не внове, и я продолжал работать руками и ногами. Гребок, толчок. Гребок, толчок. Сзади доносились прерывистые вдохи Руби, но я, закрыв глаза, забирался всё дальше во мрак.


— Джас, — окликнул меня он, почти беззвучно, просто выдохнул моё имя. Затем снова: — Джас.


Я поискал друга взглядом.


Ну и темень, хоть глаз выколи.


— Руби?


Всё это, продолжая плыть вперёд.


Прошли секунды. Наконец до меня дошло, что его больше нет, но было уже слишком поздно.


Я не знал, где искать среди этой безлунной тьмы, и в отчаянии метался, вспарывая водную гладь. Почему-то в голову лезли мысли о курах. Мы держали их на заднем дворе фабрики и, если ты приходил в их загородку, намереваясь выбрать одну на убой, они начинали бестолково носиться зигзагами. Пойманная курица всегда выглядела какой-то пришибленной, не испуганной, не грустной — потерянной.


Разумеется, встреча с машиной отца — это воля судьбы. Кто, как не он, должен был обнаружить меня голого, с диким, полубезумным взглядом после того, как я с час отшагал вдоль безлюдной дороги.


Я путано выпалил, что произошло с Руби. Насколько отец меня понял — не знаю.


— Нет, он с тобой не шутит, — нахмурился он.


Обычная отцовская манера говорить. Сплошь выводы и никаких вопросов.


— Конечно, какие уж тут шутки! — воскликнул я.


— А ты меня, случаем, не дурачишь?


Я не видел смысла в ответе.


— В таком случае, Руби не спасти. — Отец открыл мне дверь автомобиля. — Как рассветёт, вернёмся за твоими вещами.


Я опасался, что его разозлил: теперь ему приходилось возвращать меня домой, а потом снова ехать в Кампар, чтобы поиграть с приятелями в карты. Не желая его ещё больше злить, я сидел тихо, как мышь.


Вот, в принципе, и всё о том, как погиб мой друг Руби Вонг.