Младшему сын йоркширского аристократа, Тидженсу полагалось все самое лучшее: должности в лучших государственных учреждениях и общество достойнейших людей. Хотя сам он был лишен честолюбия, всё должно было прийти со временем, как это обычно случается в Англии. Потому, он позволял себе небрежность в одежде, в выборе компании, во мнениях. Тидженс имел некоторый процент от капиталов, принадлежавших его матери, а также небольшой доход от службы в Государственном Департаменте Статистики, был женат на богатой женщине, как истинный тори, умел высказаться дерзко и остроумно настолько, насколько требовалось, чтобы заставить себя слушать. Для своих двадцати шести лет он был чрезмерно, по-йоркширски неопрятно грузен. Когда Тидженс решал вдруг порассуждать о влиянии общественных тенденций на статистику, его начальник Сэр Реджинальд Инглби, внимательно слушал, а затем мог сказать: «Вы истинный кладезь энциклопедических познаний, Тидженс.» Тидженс ничего не отвечал, полагая, что начальник просто воздает ему должное.

Когда же высказывался сэр Реджиинальд, Макмастер, в свою очередь, замечал: «Как вы хорошо сказали, сэр Реджинальд», - чего, как казалось Тидженсу, было вполне достаточно.

Макмастер занимал более высокую должность, и, вероятно, был чуть старше по возрасту, потому Тидженсу почти ничего не было известно ни о его школьных годах, ни о происхождении. Масмастер был, разумеется, шотландцем, и можно было предположить, что он происходил из семьи священника. В действительности он был, наверняка, сыном бакалейщика и з Купара или вокзального носильщика из Эдинбурга. Когда речь идёт о шотландцах, это не имеет значения, а поскольку он очень неохотно рассказывал о своей родословной, то однажды приняв его, Тидженс, даже мысленно не задавал неудобных вопросов.
Он всегда оказывал радушный прием Макмастеру в Клифтоне, в Кембридже, на Ченсери лейн, в номерах в Грейс Инн, ибо питал к нему чувство глубокой приязни, даже благодарности. Макмастер, как считалось, отвечал ему тем же. Без сомнения он очень старался быть полезным Тидженсу. Уже служа в Казначействе в качестве личного секретаря сэра Инглби, Макмастер не раз обращал его внимание на многочисленные дарования Тидженса, тогда еще студента Кембриджа. В результате сэр Реджинальд, который как раз набирал молодых сотрудников для нового департамента, идею создания которого он столь долго вынашивал, с готовностью принял Тидженса и доверил ему третью по значимости должность. Впрочем, не кто иной, как отец Тидженса ранее порекомендовал Макмастера сэру Томасу Блоку на службу в Казначействе. К тому же семья Тидженса, а точнее мать, снабжала Макмастера теми небольшими суммами денег, которые позволили ему закончить обучение в Кембридже, а позднее обустроиться в Лондоне. Небольшую часть этих денег он вернул, в счет долга он также приютил у себя Тидженса, когда тот перебрался в столицу.
Макмастер был шотландцем, и это многое упрощало. Тидженсу ничего не стоило войти как-нибудь утром в гостиную своей матушки, весьма щедрой и великодушной женщины и сказать: «Мама, помнишь того паренька, Макмастера? Ему понадобится немного денег на учебу». На что мать обычно отвечала: «Конечно, милый. Сколько?»

Если бы речь шла о молодом англичанине простого происхождения, такая просьба навела бы на мысли о некоем долге перед низшими сословиями, но речь ведь шла о Макмастере.

Когда Тидженс переживал свое горе - четырьмя месяцами ранее жена бросила его и уехала за границу с другим мужчиной - Макмастер занял в его жизни место, которое не смог бы занять никто другой. Одной из главных черт натуры Тидженса была полнейшая замкнутость, по крайней мере, в том, что касалось его чувств. Тидженс полагал, что обсуждать и даже обдумывать их было излишне.
Говоря о поступке жены, так опустошившем его эмоционально, Тидженс произнёс не более двадцати слов. Слова эти были адресованы его отцу, очень высокому, подтянутому седому джентльмену, который решительно вошел в гостиную Макмастера в Грей Инн и, помолчав несколько минут, спросил:
- Ты намерен развестись?
-Нет! Надо быть мерзавцем, чтобы заставить женщину пройти через такое испытание, - ответил Кристофер.
Мистер Тидженс задумался и спустя некоторое время задал новый вопрос:
- Дашь ей развод?
- Если она того пожелает. Не следует забывать о ребенке.
- Переведёшь её состояние на имя ребёнка?
- Если есть возможность беспрепятственно сделать это.
Мистер Тидженс в ответ только ахнул.