Tirlim-pum-pum
Тидженс, младший сын йоркширского землевладельца, был достоин самого лучшего, по крайней мере из того, что можно найти в высшем свете и ведущих государственных учреждениях. Он не стремился к вершинам, но, как бывает в Англии, многое давалось ему само собой. О строгом соблюдении протокола он не заботился и выбирал друзей и точку зрения без оглядки на окружающих. Его скромный доход складывался из жалованья в Министерстве статистики и назначенного матерью содержания, он состоял в браке с обеспеченной женщиной и, как истинный тори, пересыпал речь колкостями и остротами так, что приятно послушать. В 26 лет он был по-йоркширски высок, нескладен и не по годам грузен. Начальник Тидженса, сэр Реджинальд Инглби, всегда прислушивался к его рассуждениям о том, как настроения общества отражаются на статистике. Иногда он с одобрением замечал: «Тидженс, да у вас в голове – великолепное собрание точных данных», и Тидженс, который полагал, что всего лишь выполняет свои обязанности, принимал похвалу как должное.
Макмастер пробормотал бы в ответ, что сэр Реджинальд к нему слишком добр, и Тидженс счел бы это совершенно уместным.
Макмастер занимал должность повыше, чем Тидженс и, кажется, был немного старше. Тидженс ничего не знал ни о точном возрасте, ни о происхождении своего соседа. В Макмастере угадывались шотландские корни, и его часто принимали за сына священника. Скорее всего, его отцом был бакалейщик из Капара или вокзальный носильщик из Эдинбурга. Для шотландцев это не имело значения, и поскольку сам он благоразумно избегал разговоров о своей родословной, Тидженс даже мысли не мог допустить о расспросах.
Тидженс всегда принимал Макмастера – в Клифтонском Колледже и затем в Кембридже, на Чарити-Лейн и в Грейс-Инн (1). Он относился к нему с теплотой и признательностью. Судя по всему, Макмакстер отвечал ему тем же. По крайней мере, он по возможности старался услужить Тидженсу. Когда Тидженс учился в Кембридже, Макмастер уже работал в Казначействе личным секретарем сэра Реджинальда Инглби, он и порекомендовал Тидженса сэру Реджинальду как исключительно одаренного молодого человека. Сэр Реджинальд, который как раз подыскивал сотрудников для недавно основанного им Министерства статистики, с радостью взял Тидженса третьим в команду. С другой стороны, не кто иной как отец Тидженса в свое время способствовал тому, что на Макмастера обратил внимание сэр Томас Блок из Казначейства. И, конечно, благодаря семье Тидженса, а точнее, матери Тидженса, Макмастер закончил учебу и обустроился в Лондоне. Отчасти он вернул долг – в том числе тем, что поселил Тидженса у себя, когда тому пришел черед ехать в Лондон.
(1) Грейс-инн – одна из четырех адвокатских палат Англии, в которых проходят подготовку молодые юристы.
Подобное обращение с молодым шотландцем оказалось полностью приемлемым. Тиженс мог сказать своей светлой, щедрой матери:
– Послушайте, матушка, я по поводу Макмастера! Ему нужно немного денег, чтобы доучиться в университете.
На что его матушка отвечала:
– Конечно, дорогой. Сколько?
Англичанин из низов ощутил бы на себе груз обязанностей перед социальным классом, Макмастер этого избежал.
Во время последних постигших Тидженса неприятностей – четыре месяца назад его жена сбежала заграницу с любовником – Макмастер помог ему отвлечься как никто другой. Внутренний мир Кристофера Тидженса строился на полном игнорировании собственных чувств. Он никогда о них не говорил, и, возможно, даже не осознавал.
После побега жены Тидженс не обнаружил в душе почти никакого волнения. Обсуждая это событие с отцом, он произнес не больше 20 слов. Отец Тидженса, уже седой, но по-прежнему прямой и крепкий, отыскал его в салоне Макмастера в Грейс-инн и, выдержав паузу, спросил:
– Ты подашь на развод?
– Нет! Каким надо быть мерзавцем, чтобы заставить женщину через это пройти.
Мистер Тидженс ждал подобного ответа и, помолчав, продолжил:
– А ей ты позволишь подать на развод?
– Да, если она захочет. Нужно позаботиться о ребенке.
- Ты постараешься, чтобы ее состояние перешло сыну?
– Если не возникнет затруднений.
– Вот как, – только и сказал мистер Тидженс.
|