Младший сын йоркширского землевладельца, Кристофер Тиджэнс, был вправе претендовать на самое лучшее — лучшее из того, что могли себе позволить чиновничья верхушка и люди из высшего общества. Он не был амбициозным человеком, хотя со временем имел все шансы им стать, как нередко случается в Англии. В выборе нарядов, пассии и в публичных высказываниях Кристофер мог проявлять беспечность. Имение матери приносило ему небольшой доход, кое-какие деньги платили в Государственном департаменте статистики, супруга была дама зажиточная, а острословить и выражать презрение он умел в достаточной степени, по меркам тори, чтобы окружающие внимали его речам. В свои двадцать шесть лет Кристофер, откровенно говоря, был слишком грузен и по-йоркширски нескладен — полноват для своего возраста. Его начальник, сэр Реджинальд Инглби, обычно внимательно выслушивал подчиненного, когда тот заводил разговор об общественных тенденциях, влияющих на статистику. Иногда сэр Реджинальд отпускал комплименты: «Вы просто энциклопедия точных статистических данных, Тиджэнс!», и тот молча принимал похвалу, считая своим долгом всё это знать.

Макмастер, напротив, тут же пробурчал бы: «Вы так любезны, сэр!», и Тиджэнс подобное поведение считал уместным. Макмастер по службе занимал более высокий пост, да и был, вероятно, постарше Тиджэнса. Тиджэнс ничего не знал об истинном возрасте и настоящем происхождении своего соседа по квартире. Очевидно, что Макмастер имел шотландские корни, а с виду походил на так называемого «пасторского сына». Без сомнения, его отец был каким-нибудь бакалейщиком из Купара или привокзальным носильщиком в Эдинбурге. Однако для шотландца всё едино, и поскольку Макмастер о происхождении своем предпочитал умалчивать, даже мысленно не стоило ломать голову о том, принимая его общество.

Тиджэнс всегда был рад компании Макмастера — в Клифтоне, Кембридже, на Ченсэри лэйн и в апартаментах «Грейс Инн». Он питал к Макмастеру глубокую привязанность, даже благодарность. Можно сказать, что это было взаимно. Несомненно, Макмастер старался удружить Тиджэнсу. Устроившись на службу в казначейство личным секретарем сэра Реджинальда Иглби, пока Тидженс оканчивал Кембридж, Макмастер нахваливал своего приятеля перед начальником как человека выдающихся способностей. Поэтому сэр Реджинальд, подыскивая молодых специалистов в своей новый департамент, принял Тиджэнса третьим в команду с большим удовольствием. Однако именно отец Тиджэнса в свое время рекомендовал Макмастера сэру Томасу Блоку на службу в казначейство. И, безусловно, именно семья Тиджэнса, вернее, его матушка, помогла кой-какими деньгами Макмастеру, чтобы оплатить обучение в Кембридже и освоиться в Лондоне.
Макмастер же отплатил, чем мог: когда Тиджэнс возвратился в столицу, для него нашлось пристанище в квартире приятеля. Подобный порядок вещей молодых шотландцев не смущает. В гостиной Тиджэнс умудрялся просить у благочестивой, щедрой и добродетельной матушки:
— Послушайте, мама, этот бедолага Макмастер! Ему не хватает сущей мелочи, чтобы закончить университет...
И мать привычно отвечала:
— Конечно, дорогой! Сколько нужно?
Любой молодой англичанин, более низкого происхождения, после такого непременно испытывал бы чувство долга. Однако Макмастер был крепким орешком.

В череде драматичных событий, разыгравшихся в жизни Тиджэнса (четыре месяца назад его супруга сбежала с любовником за границу), Макмастер играл незаменимую роль. Кристофер Тиджэнс по природе своей был ужасным молчуном, особенно по части выражения эмоций. По его разумению, слова были лишними. Возможно, он даже не задумывался о том, что чувствовал. Поэтому побег жены он переносил стоически, игнорируя страсти, которые могли бушевать в душе, и произнес по этому поводу не больше двадцати слов. Да и те были сказаны лишь чтобы объясниться с отцом, полнотелым, высоким, статным седовласым мужчиной, буквально вплывшим в апартаменты Макмастера в «Грейс Инн».
Выждав пять минут в полной тишине мистер Тиджэнс поинтересовался у сына:
— Ты подашь на развод?
— Нет! Мерзко таскать женщину по судам.
Мистер Тиджэнс предвидел подобное и, немного выждав, уточнил:
— Ты подождешь, пока она сама подаст на развод?
И Кристофер ответил:
— Если захочет. Нужно думать о ребенке.
— От ее имущества что-то отойдет ребенку?
— Только если без лишних трений.
Мистер Тиджэнс лишь тяжело вздохнул.