– Бекка, Бекка, – громко звал Дик. – Когда ты узнаешь то, что знаю я, – он говорил и танцевал вокруг неё, – тебе захочется петь! – Он щелкнул каблуками как Железный Дровосек на желтой кирпичной дороге, но не упал. – Бесподобно, – произнесла Бекка, пересекая комнату, чтобы налить себе кофе. – Занятия йогой пошли тебе на пользу. – Две новости, милая Бекка, – говорил Дик скользя к столу. – Во-первых, – сообщал он, размахивая бумагами в папке и смотря на них с таким обожанием, будто это дар Волхвов, – дело по «Сантех» закрыто, одобрение УКПЛ всё-таки получено, не пройдет и двадцати четырех часов, как твой маленький нью-джерский мотомагазин поднимется на 450 процентов! – Бекка пожала плечами, и всё же она сияла от гордости. – Я ведь говорила, что люблю этот магазин. Намучалась я с ним в этом году. – Это граничит с невежливостью, правда, – сухо сказал он, поскольку примчался к ней окрыленный 450-ти процентным увеличением первоначального капитала до трех сот миллионов. – Только налоговый инспектор получает такую прибыль, как ты. Ничего не вкладывая. Бекка отодвинула книгу с центра, по мнению Дика совершенно нефункционального стола в форме яйца, на край. «Раскрывай свою гениальность каждый день» – Я могу управлять своими экстраординарными способности, вот не знал, что они у меня есть, – произнес Дик. Он взял со стола что-нибудь почитать. – Позволь перейти ко второй, но от этого не менее ошеломительной новости, Бека. – Ты случайно речей не пишешь? – подтрунивала она над ним. Она села на угловой диван, осторожно поставила свой эспрессо на кофейный столик, напротив коленей, и устроилась поудобней. По собственному опыту она знала, что Дик будет долго мучить её, рассказывая о самой модной на сегодняшний день концепции управления. Он искренне верил, так твердо, говоря языком из книги по саморазвитию, что не замечал скептицизма Бекки. Он видел в ней возможность поупражняться. – Бекка, – сказал он, листая журнал о декоре, – как тебе удается всегда оставаться наверху духа времени? – Я не знакома с духом времени, – отвечая, её глаза вспыхнули, – но кем бы он ни был, клянусь, я не была у него наверху. Дик усмехнулся, сел рядом с ней и серьёзно посмотрел ей в глаза; так, обычно, он делал после встречи с личным психологом. – Просто, он у тебя в душе, малыш. Он потрепал её за волосы. – Ты никогда не умела принимать комплименты. Прекрасные слова о тебе. Я вчера встречался с Кристиной-Элэйн-Пайпер – моим личным психологом. – И как тебе эта Гуру Пайпер? – Мне нравится, – ответил он серьёзно, словно не замечая её иронии. – Она говорит, ещё немного и я буду готов. Бекка усмехнулась. – Застрелиться? Он подошел к дивану и присел на корточки рядом, так чтобы его глаза смотрели прямо в глаза Бекки, будто на приеме у психолога. – Малыш, дух времени, – он говорил тихим, уверенным голосом, – это креативность. – Что? Он рассмеялся. – Я не хотел бы вдаваться в подробности, что ты воплощение того и другого. Но сегодня все помешаны на ассоциативном мышлении. На врожденной интуиции. Она нужна нам для принятия более прогрессивных управленческих решений. Бекка, закрыла глаза, притворившись, что сейчас уснет, и начала похрапывать. Он толкнул её. – Ну же. Я серьезно. Это действительно сильная штука. Идея принятия более прогрессивных управленческих решений, – он говорил, акцентируя внимание, – завоюет рынок. Понимаешь? Суть в этом. Она посмотрела на него. – Дик, – сказала она, – эффективный, открытый финансовый рынок работает, получая любую доступную информацию. Его нельзя завоевать. В нем надо выживать. Дик рассмеялся. – И ты собираешься стать специалистом высокого уровня, веря в это.