К месту встречи мы должны были прибыть с противоположных концов города. Я представляла ее себе: решительную, уверенную, готовую принять мой вызов и обыграть меня. На кону был Джов. Когда я сказала ему, что получила ее письмо, он решил съездить на выходные к друзьям. Ее письмо лежало в моем кармане. Аккуратный почерк, точные указания: «Встретимся в среду, 12ого числа, в 18:30 в баре отеля Алгонкин».
Почему она выбрала этот отель?
Вот и он.
Еще пять минут ждать. Время неумолимо.
Моя одежда была моим оружием: черного цвета, как и обувь, декольте. Ниспадающие волосы, массивные золотые серьги, безупречный макияж. Моим преимуществом была двадцатилетняя разница в возрасте, и каждый месяц должен был работать на меня.
У нее, должно быть, седеющие волосы, морщины на лице, лишний вес и одета она неряшливо.
В носках и сандалиях (непосредственность творческих людей), глаза, скрытые за очками, как музейные экспонаты за стеклом. В моем воображении она была такой: волосы убраны, кожа более не дает повода для гордости, а внутри теплится надежда. Но ей со мной не тягаться.


Ее все нет. Бар был похож на шахматную доску, где парочки потягивали мартини, а официанты скользили с высокоподнятыми сверкающими подносами. Я двигалась подобно черному коню в шахматах, пересекая зал прямо и под углом, но никто не проявлял ко мне интереса, кроме нескольких бизнесменов, окинувших меня оценивающим взглядом.
Конечно, она не пришла. Вероятно, и не собиралась. Это было испытание на выдержку, и победила я. Я почувствовала резкую боль в шее. Заказав напиток, я рухнула на сиденье под пальмой в горшке.
- Я Вам не помешаю?
- Нисколько. Должно быть, Вы англичанка.
- Почему?
- Для американки Вы слишком вежливы.
- Разве американцы не могут быть вежливыми?
- Только если им хорошенько заплатить.
- Англичане ни за какие деньги не будут церемониться.
- В таком случае, мы с Вами, видимо, отступники.
- Возможно, Вы правы насчет меня. Мой отец бывал здесь. Он любил Нью-Йорк. Говорил, что это единственное место во всем мире, где человек может оставаться собой, даже когда он из кожи вон лезет, чтобы стать кем-то другим.
- У него получилось?
- Что?
- Стать кем-то другим?
- Да. Получилось.
Мы помолчали. Она смотрела на дверь. Я смотрела на нее. Она была стройна, напряжена; гибкое тело, сейчас слегка склоненное вперед, мышцы спины угадывались сквозь рубашку – белую, накрахмаленную, дорогую. Ее левая рука выглядела как витрина магазина Тиффани. Я думала, что с таким весом серебра невозможно сидеть прямо.
Волосы цвета спелой вишни, сияюще красные, насыщенно красные, роскошные от природы и ухоженные. Я подумала, что ее взгляд был так же коварен, как и невинен.
- Вы ждете кого-то? – спросила я.
- Ждала, - она посмотрела на свои часы, - Вы надолго здесь остановились?
- Я живу в Нью-Йорке. Работаю в институте перспективных разработок. Я здесь должна была встретиться с…
Встретиться: сойтись лицом к лицу. Познакомиться. Быть представленной. Найти. Узнать. Принять гостью. Дождаться прибытия. Столкнуться. Столкнуться с врагом.
- Я здесь должна была встретиться с…


Словно порыв ветра ворвался в комнату, вырвал из рук бокалы, раскидал бутылки как пробки, поднял в воздух мебель и обрушил ее на замершие стены. Официантов и гостей смёл на улицу, разорвав их одежду в клочья. Внутри остались только мы с ней, лишь она и я, зачарованные друг другом, лишенные этой бурей дара речи.


Она взяла свои вещи, и мы вместе покинули разрушенный бар. Она шла извилистым путем, и мне оставалось только следовать за ней. Вскоре я уже не могла ориентироваться. Клетка захлопнулась. Город превратился в изогнутый узкий переулок, и из двух крыс сильнейшей была не я.
Наконец мы подошли к небольшому кафе в дешевом районе города. Она непринужденно вошла, и мы сели за покрытый клетчатой скатертью столик, угрожавший развалиться от неделикатного обращения. На столике были две гвоздики и несколько палочек гриссини. Появился официант с графином красного вина и миской с оливками. Он дал нам меню, словно это был обычный обед в самый обычный день. Я попала в руки к Борджиа*, и должна была отведать угощение. Я посмотрела в меню. ИТАЛЬЯНСКИЙ ПРИДАСТ ВКУСА ЛЮБОМУ БЛЮДУ.
- Здесь мы с ним встретились, - сказала она, - в 1947 году, в тот день, когда я родилась…


* Борджиа – испанский дворянский род. С целью избавления от противников подмешивали яд в их еду.