Gut symmetries.
From GUT SYMMETRIES
by Jeanette Winterson

Мы с ней должны были приехать из разных концов города. Я представляла себе злую, уверенную соперницу, готовую вступить в поединок и победить в моей же собственной игре. Битва была крупной, а победителю доставался Джов. Когда я рассказала, что получила от нее письмо, он решил уехать на выходные к друзьям.

Записка лежала у меня в кармане. Старательный почерк. Указание, которому нужно подчиняться: "Буду ждать в среду, 12-го, в 6:30 вечера в баре отеля Алгонквин".

Почему она выбрала это место?

Вот и оно.

Пять минут в запасе. Беспощадность времени.

Я нарядилась воительницей: вся в чёрном, от глубокого декольте до каблуков, волосы распущены, толстые золотые серьги - обручи, боевой макияж с сильно подведенными черным глазами. У меня было преимущество в двадцать лет, и я собиралась использовать каждый месяц.

Она, конечно, седая, с морщинами на лице. Наверняка, уже и одевается небрежно, как раз, чтобы было заметно, как она раздалась. Этакий музейный экспонат - очкарик в носках и сандалиях. Угасающая безволосая старуха, без надежд и без будущего. Я смешаю ее с грязью.

Ее не было. Бар походил на шахматную доску, по которой плыли пары - фигуры с мартини и сновали официанты - пешки, высоко несущие хромовые подносы. Я же, как черный шахматный конь, выписывала прямые углы туда-сюда, но кроме нескольких бизнесменов, никто мной не заинтересовался.

Конечно, она не пришла. Конечно, она и не придет. В этой игре на нервах победила я. Ужасная боль сковала шею. Заказав напиток, я рухнула под пальму, растущую в горшке.

- Можно присесть?
- Пожалуйста. Вы, должно быть, из Англии.
- Почему Вы так решили?
- Слишком вежливо обращаетесь для американки.
- А что, американцы так не делают?
- Только за большие деньги.
- Британцы и за деньги не будут вежливы, сколько им не заплати.
- Тогда мы с Вами, должно быть, эмигранты.
- Думаю, меня так можно назвать. Мой отец когда-то приходил сюда. Он любил Нью-Йорк. Говорил, что это - единственное место на планете, где можно быть собой, продавая последнюю рубаху, чтобы стать другим человеком.
- Получилось?
- Что?
- Получилось у него стать другим человеком?
- Да. Да, получилось.

Мы помолчали. Она смотрела на двери, а я на нее. Стройная, натянутая, как проволока, осанистая, она напоминала мне борзую. Девушка сидела, подавшись корпусом вперед, и мышцы ее спины очерчивались под белой, накрахмаленной рубашкой из дорогого магазина. Ее левая рука была точно с/представляла всю/ витрины Тиффани. Не понимаю, как вообще можно надеть столько серебра и не согнуться под его тяжестью.

Ее тёмно-рыжие, рябиново-красные, кроваво-красные волосы поражали такой естественностью, что я думала, наследственный это дар или приобретенный цвет. Ее красота была для меня загадкой: столь совершенная, и в то же время природная.

- Ждете кого-то? - спросила я.
- Ждала, - посмотрела она на часы. - Вы остановились в отеле?
- Нет. Я живу в Нью-Йорке. Работаю в Институте перспективных исследований. Я здесь должна была встретиться...
Встретиться лицом к лицу. Познакомиться. Быть представленной. Найти. Испытать. Получить. Дождаться прибытия. Нарваться. Нарваться на стычку.
- … Я здесь должна была встретиться...

Ворвавшийся в комнату ветер расплескал напитки из бокалов, разбросал бутылки в баре подобно легким бутылочным крышкам, поднял мебель в воздух и обрушил её в стену. Официанты и посетители, галдя, повалили в двери. Никого не осталось в комнате, кроме нас, мы были заворожены друг другом и не могли говорить из-за ветра.

Она собрала вещи, и вместе мы покинули разрушенную комнату. Я старалась не отстать от нее, петляющей по мостовым. Я уже не понимала, где мы. Сетка, сотканная из улиц города, изогнулась. Нью-Йорк превратился в один искривленный узкий закоулок, а она в юркую крысу.

Наконец, мы оказались у небольшого ресторанчика в старой части города. Она нырнула внутрь. Стол, за который мы сели, был до ужаса мило сервирован клетчатой скатертью, гвоздиками и хлебными палочками, какие делают в Италии. Мальчик-официант вышел с графином красного вина и вазой оливок. Он подал нам меню, словно это был просто обычный обед в обычный день. Я же будто попала на званый обед при дворе семейства Борджиа.

В меню красовалась надпись: «Еда вкуснее, если приготовлена по-итальянски.»

- Здесь мы и познакомилась с ним, – сказала она. – В 1947 году, в день, когда я родилась...