Парадоксы теории частиц


Из книги Джанет Уинтерсон «Парадоксы теории частиц»


В назначенное место мы с ней придем с разных концов города. Я представляла ее, злую, уверенную, готовую сражаться и одолеть меня в моей же игре. Это был последний поединок, и победителю доставался Джов. Узнав, что она написала мне, он вдруг решил съездить на выходные к друзьям. Послание лежало у меня в кармане. Аккуратный почерк. Четкий инструктаж. «Я встречусь с тобой в среду, двенадцатого, в шесть-тридцать вечера, в баре отеля «Алгонкин».
Интересно, почему именно там?
Вот я и на месте.


Пять минут в запасе. Как жестоко время.


Я оделась, как воин: вся в черном от декольте до каблуков, волосы распущены, в ушах толстые золотые серьги-кольца, боевой раскрас. У меня было двадцать лет преимущества перед соперницей, и я намеревалась использовать каждый месяц.


Мне представлялось, как она придет: с проседью, в морщинах, располневшая, одетая, бог знает как. Еще в носочках и сандалиях – как поэтично. Глаза спрячет за стеклом очков, словно музейные экспонаты. Я, будто воочию, видела, как ее плоть и волосы растворяются на глазах, и от нее остается одна лишь надежда. Пощады не будет.


Что-то не видать моей соперницы. Бар казался шахматной доской, на которой туда-сюда сновали, стараясь не зацепить друг друга, парочки с бокалами мартини и официанты с высоко поднятыми блестящими подносами. Я пошла черным конем, вперед и в сторону, но кроме нескольких бизнесменов, разбирающихся в женской красоте, никто, казалось, даже не обратил на меня внимание.


Конечно, она не пришла. Наверняка и не придет. Это была война «у кого нервы крепче», и она проиграла. Вдруг разболелась шея. Я заказала выпить, а потом обессилено рухнула под комнатную пальму.


- Разрешите присесть?

- Да, конечно. Вы, должно быть, англичанка.

- Почему?

- Для американки вы слишком деликатны.

- А разве американцы не вежливы?

- Только если им хорошо заплатили.

- Британцам сколько ни плати – обходительности не дождешься.

- Тогда, думаю, мы с вами - беженки.

- Я-то - точно. Мой отец, бывало, приходил сюда. Он обожал Нью-Йорк. Говорил, это единственное место в мире, где человек может быть собой, пока не заработает право стать кем-то еще.

- И у него получилось?

- Что?

- Стать кем-то еще.

- Да. Получилось.

Повисла пауза. Моя собеседница посматривала в сторону двери, а я приглядывалась к ней. Стройная, подтянутая, даже поджарая, она сидела, наклонившись вперед, и на ее спине натянулась белая блузка, накрахмаленная, дорогая. Левая рука выглядела, как витрина «Тиффани». Никогда не понимала, как женщина может надеть на себя столько серебра и сидеть, не горбясь.


Ее волосы отливали темно-рыжим, кизилом, красной кожей. Они казались очень мягкими, не только от природы, но и благодаря большим усилиям. Мне подумалось, что внешность ее была смесью изысканности с безвкусицей.


- Ждете кого-то? – поинтересовалась я.

- Ждала, – она посмотрела на свои часы. – Вы здесь остановились?

- Нет. Я живу в Нью-Йорке. Работаю в Институте Современных Исследований. А сюда пришла встретиться…

Встретиться: столкнуться лицом к лицу. Познакомиться. Быть представленной. Найти. Испытать. Получить. Дождаться появления. Сразиться. Сойтись в поединке.

- А сюда пришла встретиться …


Внезапный порыв ветра сдул все напитки, словно пробки, раскидал бутылки на барной стойке, поднял в воздух мебель и разнес ее о потухшую стену. Официанты и посетители вылетели в дверь, как тряпье. Во всем баре не осталось никого, кроме нас. Мы гипнотизировали друг друга, не в состоянии говорить из-за ветра.


Она собрала свои вещи, и мы вместе оставили уничтоженное место. Мне пришлось кружить следом за ней по тротуарам. Ощущение пространства исчезло. Привычная сетка улиц искривилась. Город был темным переулком, а моя спутница – старой крысой. Наконец мы оказались у маленькой кафешки в каком-то захудалом районе. Она проскользнула внутрь, и мы сели за столик. Он был угрожающе милым, со скатертью, гвоздичками и несколькими палочками гриссини. К нам подошел официант с графином красного вина и чашкой оливок. Он подал нам список блюд, будто это был обычный ужин, в самый обычный день. Похоже, я попалась в лапы к Борджиа, и они решили меня угостить.


Я заглянула в меню. Надпись гласила: «ПО-ИТАЛЬЯНСКИ ВСЕ ГОРАЗДО ВКУСНЕЕ».


- Вот где я встретилась с ним, - начала она. - В тысяча девятьсот сорок седьмом, в день, когда я родилась…