Джанет Уинтерсон
Мы добирались до места встречи из разных концов города. Я пыталась представить ее: грозная, уверенная в себе, готовая бросить мне вызов и обыграть меня на моем же поле. Это серьезная битва, и наградой был Джови. Когда я сказала ему, что она написала мне, он решил поехать к друзьям на выходные. Ее письмо лежало у меня в кармане. Аккуратный почерк. Инструкция к исполнению. «Встретимся в баре отеля Алгонквин. 12-ого в среду, 18.30.».

Почему она выбрала это место?
Вот я и здесь.

В запасе еще пять минут. Порой время жестоко. Я облачилась в черное, как воин: от стелек до мельчайших трещинок на одежде, волосы распущены, большие золотые серьги, бойцовский макияж. Разница между мной и моим врагом составляла двадцать лет, и я собиралась использовать каждый месяц моего преимущества.
Конечно, ведь у нее седые волосы, вся в морщинах, толстая, в какой-то неопрятной одежде. На ногах, наверное, очень поэтично смотрятся босоножки с носками, а глаза в очках как будто музейный экспонат на выставке. Я словно вижу ее сейчас перед собой, ее надежду в ловушке испаряющегося тела. Я выжму из нее все соки.
Ее все еще нет. Бар был подобием шахматной доски, на которой разыгрывали партию несколько бокалов Мартини и официанты, бережно несущие подносы. Я сделала ход конем в правый угол, прошлась по бару, но мой маневр заметило только несколько бизнесменов, сидящих за столами-пешками.
Конечно, она не пришла. Конечно, она и не собиралась этого делать. Это была не просто война, бились даже наши нервные окончания, и я ее выиграла. Только что заметила, что сильно разболелась шея. Я заказала выпивку и скрылась за горшком с пальмой.

- Можно присесть?
-Пожалуйста, садитесь. Вы, наверное, англичанка.
-С чего вы решили?
-Слишком вежливая для американки.
-А разве американцы не вежливы?
-Только если им хорошенько заплатят.
-Англичане не церемонятся, и не важно, сколько им заплатят.
-Значит, мы с вами покинули свою страну.
-Думаю, да. Мой отец частенько сюда приходил. Он обожал Нью-Йорк, говорил, что это единственное место на земле, где человек может быть самим собой, пока выпрыгивает из штанов, чтобы стать кем-то.
-И у него получилось?
-Что?
-Стать кем-то?
-Да. Да, у него получилось.
Мы замолчали. Она смотрела на входную дверь, а я – на нее. Стройная, подтянутая, фигура борзой собаки, сейчас она склонилась над столом, и контуры мышц отчетливо видны сквозь рубашку: белую, накрахмаленную, дорогую. Ее левая рука как витрина Тиффани. Я не понимала, как женщина может носить столько серебра и сидеть при этом ровно.
Ее волосы темно-красного цвета, как у красных ягодок кизила или красного кожаного пиджака. Их мягкость и ухоженность от природы и некоторых усилий. Внешний ее вид в целом был искусен, но в тоже время безыскусен.
-Вы ждете кого-то? – спросила я.
-Ждала. – она посмотрела на часы. – Вы здесь останетесь?
-Нет, я живу в Нью-Йорке. Работаю там в Институте перспективных исследований. Я пришла сюда встретиться с…
Встретиться: лицом к лицу. Познакомиться. Представиться. Найти. Испытать. Принять. Дождаться появления. Столкнуться. Сойтись в поединке.
-Я пришла сюда встретиться с…
Налетел ветер, который смёл выпивку у сидящих, опрокинул бутылки за барной стойкой, поднял на воздух всю мебель и разнес ее о дрожащую стенку. Официантов и посетителей вынесло через входную дверь. В зале остались только я и она. Мы смотрели друг другу в глаза не в состоянии заговорить из-за ветра.
Она собрала свои вещи, и мы вместе вышли из разрушенного бара. Под ее ногами тротуар вихрился, постоянно менялось направление, и я шла по ее следам, не понимая, где мы. Мышеловка захлопнулась. Город напоминал лабиринт, и она была самой умной крысой.
Наконец, мы пришли к небольшой закусочной в старой части города. Она впорхнула внутрь первая, и мы сели за странный столик с клетчатой скатертью. Столик украшали две гвоздики и несколько палочек гриссини .
Парень принес графин вина и блюдце с оливками. Он так посредственно подал нам меню, будто это был обычный обед в обычный день. Я оказалась в руках семейства Борджиа , и теперь они хотят меня съесть.
В меню было написано: «По-итальянски еда вкуснее!»
-Здесь мы с ним познакомились. В 1947 году, в день моего рождения… - начала она.