Отрывок из книги «Внутренняя гармония»
Джанетт Винтерсон

Мы с ней, вероятно, добирались до места встречи из разных концов города. Я представляла ее себе злобной, решительной, готовой дать отпор и победить меня в моей же собственной игре. В этой борьбе Джоув был главным призом. Он решил отправиться к друзьям на выходные, когда я рассказала ему, что она мне написала. Ее письмо лежало в кармане. Аккуратный почерк. Инструкция, которой нужно следовать. «Я хочу встретиться с тобой в 18:30 в баре отеля «Алгонквин» в среду двенадцатого».

Почему она выбрала именно это место?

Ну, вот я и здесь.

Еще есть пять минут в запасе. Как жестоко время.

Я оделась как настоящий боец – в черном с ног до головы, боевой макияж, большие золотые серьги-обручи и распущенные волосы. У меня было двадцать лет форы перед моей соперницей, и я рассчитывала использовать каждый месяц своей молодости.

Она, наверняка, полновата и одета безвкусно, на лице уже появились морщины, а волосы поседели. На ней будут очаровательные носочки и сандалии, а глаза за стеклами очков будут казаться музейными экспонатами. Я смогу увидеть, как ее волосы и тело увядают, и только надежда бьется внутри. Я бы вышвырнула ее на свалку.

Ее еще не было. В баре то тут, то там сидели парочки, попивая мартини, и официанты разносили еду, высоко держа подносы. Я проходила между рядами как темный рыцарь, но, не считая нескольких бизнесменов, мной никто не заинтересовался. Конечно же, она не пришла. Она и не пришла бы. Это была психологическая игра, в которой я выиграла. У меня началась ужасная головная боль. Я заказала выпить и рухнула на место под пальмой.

− Здесь не занято?

− Присаживайтесь, пожалуйста. Вы, должно быть, англичанка.

– Почему же?

− Слишком вежливы, чтобы быть американкой.

− Разве американцы не вежливы?

− Только если им за это хорошо заплатить.

− Англичане не будут вежливы, даже если им хорошо заплатить.

− Тогда мы с вами точно беженцы.

− Возможно. Мой отец часто здесь бывал. Он любил Нью-Йорк. Он говорил, что это единственное место на Земле, где человек может остаться самим собой, работая в поте лица, чтобы добиться большего.

− И ему удалось?

− Что?

− Добиться большего.

− Да, конечно.

Наступило молчание. Она внимательно смотрела на дверь, а я – на нее. Она была стройная как струна, ее подтянутое тело чуть наклонилось вперед, и белая дорогая накрахмаленная блузка красиво облегала сильную спину. Левая рука выглядела как живая реклама Тиффани. Я не могла понять, как может женщина носить столько серебра и сидеть ровно, не опираясь на руку.

Цвет ее волос переходил от темно-рыжего до кроваво-красного, что было отчасти подарком природы, а отчасти результатом усердной работы парикмахера. Я подумала, что ее образ настолько стильный, насколько и безвкусный.

− Вы ждете кого-то? – спросила я.

− Да, − она посмотрела на часы. – Вы остановились в этом отеле?

− Нет. Я живу в Нью-Йорке и работаю в Институте специальных исследований. Я пришла сюда, чтобы встретиться…

Встретиться, увидеть собственными глазами. Познакомиться. Представиться. Составить мнение. Испытать. Узнать. Получить. И ждать. Столкнуться. Столкнуться в схватке.

− Я пришла сюда, чтобы встретиться…

В бар ворвался ветер, который вырвал стаканы из рук посетителей, раскидал бутылки, словно крышки от них, поднял в воздух мебель и кинул ее об стену. Официанты и посетители толпой бросились к выходу. Никого не осталось кроме нас двоих, ее и меня, не в силах из-за ветра сказать ни слова, но заворожено смотрящих друг на друга.

Она собрала вещи, и мы вместе покинули тот разрушенный бар. Она быстро удалялась, и мне пришлось идти за ней следом. Мы петляли по улицам Нью-Йорка. Я понятия не имела, где мы находились. Она, словно крыса, ориентировалась в лабиринтах города.

Наконец мы пришли к закусочной в бедном районе города. Она проскользнула внутрь, и мы сели за премилый столик с клетчатой скатертью, парой гвоздик в вазе и корзинкой хлебных палочек. Вышел парнишка с графином красного вина и тарелочкой оливок. Он дал нам меню, как будто это был самый обычный обед в совершенно обычный день. Я попала в руки коварной семейки Борджиа, совсем как в сериале, а теперь они хотят заставить меня есть.

Я посмотрела в меню. ЕДА НАМНОГО ВКУСНЕЕ В ИТАЛИИ.

− Это место, где я впервые встретилась с ним, − сказала она. – В 1947 году в день моего рождения.