Гармония невозможного.
Джанет Уинтерсон
Мы с ней добирались до места встречи с противоположных концов города. Я представляла ее злой и самоуверенной, готовой сразиться и победить меня в моей же игре. Это было великое сражение, призом в котором был Джов. Когда я сказала ему, что она написала мне, он предпочел на выходные посетить друзей. В кармане у меня лежало ее письмо. Тщательно написанное от руки. С указаниями к действию. «Я встречусь с тобой в среду 12-го в 18.30 в баре отеля «Алгонкин».
Почему она выбрала именно это место?
И вот я здесь.
Пять минут в запасе. Неумолимое время.
Я выглядела воинственно: вся в черном – от декольте до носков туфель, волосы уложены, крупные золотые кольца в ушах, яркий макияж. У меня было 20-ти летнее преимущество перед противником и я намеревалась использовать его по полной.
Она в свою очередь должна была быть седеющей, с морщинами, лишним весом и безвкусно одетой. Так же для поэтики на ней должны быть носки с босоножками, а глаза за стеклами очков походили бы на музейные экспонаты. Я прямо видела ее, ее волосы и плоть, пытающуюся вырваться из надежной ловушки. Я могла слить ее в любой момент.
Никаких признаков ее присутствия. Бар представился мне шахматной доской по которой с легкостью скользили Мартини и официанты, высоко поднимавшие свои блестящие подносы. Словно черный слон я двинулась по диагонали и пересекла черту, но кроме нескольких одобряющих бизнесменов там не было никого, кто мог бы меня заинтересовать.
Конечно же она не пришла. Конечно же она и не придет. Это была война нервов и я выиграла ее. Я почувствовала жуткую боль в шее. Заказав выпить, я уселась под пальмой в горшке.
- Можно присесть здесь?
- Пожалуйста. Вы должно быть англичанка?
- С чего вы взяли?
- Вы слишком вежливы для американки.
- Разве американцы невежливы?
- Только если вы им достаточно заплатите.
- Британцы невежливы независимо от того, сколько вы им заплатите.
- Тогда получается, что мы с вами эмигранты.
- Так оно и есть. Мой отец вынужден был приехать сюда. Он полюбил Нью-Йорк. Он говорил, что это единственное место в мире, где человек может не только быть тем, кем должен, а стать кем-нибудь еще.
- И у него получилось?
- Что?
- Стать кем-нибудь еще.
- Да, получилось.
Мы замолчали. Она посматривала на дверь. Я смотрела на нее. Она была худая, натянутая как струна, поджарая как борзая, сидела слегка наклонившись вперед и контуры ее мышц на спине вырисовывались под рубашкой, белой крахмальной и дорогой. Ее левая рука была похожа на витрину Тиффани. Я не понимала, как можно носить столько серебра, не склоняясь под его тяжестью.
Волосы ее были темно-рыжего цвета, цвета кизила, цвета рыжей кожи и такие податливые, что было непонятно, то ли они от природы такие, то ли это результат больших усилий. Я гадала, была ли эта изысканность естественной для ее образа.
- Вы кого-то ждете? – спросила я.
- Ждала, - она посмотрела на часы, - а вы остаетесь?
- Нет. Я живу в Нью-Йорке, работаю в Институте Перспективных Исследований. Я приехала сюда, что бы встретиться…
Встретиться лицом к лицу. Познакомиться. Представиться. Найти. Испытать. Получить. Дождаться. Нарваться. Нарваться на конфликт.
«Я приехала сюда, что бы встретить»…
Ветер пронесся по комнате, перевернул бокалы, разлил напитки, легко как пробки, разбросал бутылки в баре, поднял в воздух мебель и сломал ее о стену. Официантов и клиентов вынесло через разнесенную в щепки дверь. Комната была пуста, в ней были только она и я, она и я, гипнотизирующие друг друга, не способные говорить из-за ветра.
Она собрала свои вещи, и вместе мы покинули разрушенную комнату. Я следовала за ней, хотя казалось, что тротуар уходил у нее из-под ног. Я не понимала, где мы. Решетка опустилась. Город стал крысиным лабиринтом, а она была лучшей крысой.
Наконец мы добрались до маленькой забегаловки в какой-то забитой части города. Она проскользнула внутрь и мы уселись за подозрительно хорошо накрытым столом с двумя гвоздиками и хлебными палочками. Вышел парень с графином красного вина и миской маслин. Он вручил нам меню как ни в чем ни бывало. Я попала в лапы Борджиа, и теперь они хотели меня покормить.
Я глянула в меню. ПО-ИТАЛЬЯНСКИ ЕДА ВКУСНЕЙ.
«Здесь я повстречала его», - сказала она. «В 1947, в день своего рождения»…