Джанет Уинтерсон
Отрывок из романа «Геометрия плоти»
Я и она будем двигаться к месту встречи с разных концов города. Мне представлялось, как она, разозленная и уверенная в себе, вступит со мной в противостояние и победит меня в моей же игре. Это была великая битва, трофеем в которой выступал Джов. Узнав, что я получила от нее письмо, он вспомнил, что на выходных хотел навестить друзей.

В кармане лежало ее письмо. Написанное аккуратным почерком, оно гласило, словно инструкция: «Встретимся в среду, 12-го, в половину седьмого, в баре отеля Алгонкин».

Почему она выбрала именно это место?

Ну вот, кажется, я пришла.

Как же жестоко время – осталось еще пять минут.

Я оделась, приготовившись к битве: в черное с ног до головы, волосы распустила, надела крупные золотые серьги и сделала яркий макияж. Перед соперницей у меня было преимущество в двадцать лет, и я собиралась использовать в свою пользу каждый месяц этих двадцати лет.

Она, наверное, седеющая и морщинистая. Страдая от лишнего веса, не заботится о том, как выглядит. О, этот милый ансамбль – носочки и сандалии! А ее глаза скрыты стеклами очков, как экспонаты в музее. Я увижу женщину, которую покидает красота, но душа которой - море надежд. Что ж, на месте моря останется высушенное болото.

Что-то ее не видно. Бар напоминал шахматную доску, на которой парочки вертели в руках бокалы мартини, а официанты проносили высоко над головами подносы. В этой партии я двигалась совсем как конь, обогнув угол; но оказалось, что я вызвала интерес лишь у нескольких бизнесменов, сидевших в зале.

Несомненно, она еще не пришла. Она и не придет. Это была битва характеров, и выиграла ее я. Вдруг я почувствовала боль в шее. Заказав виски, я опустилась под пальму в кадке.

- Я могу присесть?
- Конечно. Вы, должно быть, англичанка.
- Почему?
- Вы слишком вежливы для американки.
- А разве американцы не вежливы?
- Только если вы им достаточно заплатите.
- Британцы грубы всегда, сколько бы вы им ни заплатили.
- Должно быть, мы с вами иностранки.
- Полагаю, я и есть иностранка. Мой отец бывал здесь. Он любил Нью-Йорк. Он говорил, что это единственное место, где человек, работая изо всех сил, чтобы чего-то добиться, может оставаться самим собой.
- А он добился?
- Добился чего?
- Стал кем-то?
- Да, стал.

Мы замолчали. Она смотрела на дверь, а я на нее. У нее была худая подтянутая фигура. Когда она наклонилась вперед, под ее белой крахмальной и, очевидно, дорогой блузкой проступили контуры мышц. Ее рука могла бы красоваться в рекламе украшений Тиффани. Я не понимала, как можно носить на себе столько серебра и не сгибаться под его тяжестью.

У нее были рыжие волосы багряного оттенка, а кожа румяная и упругая, что могло быть как даром природы, так и плодом усилий. Я подумала, что выглядела она столь же изысканно, сколь и безыскусно.

- Вы кого-то ждете? – спросила я.
- Ждала. – Она посмотрела на часы: - Вы здесь проездом?
- Нет. Я живу в Нью-Йорке. Работаю в институте углубленных исследований. А сюда пришла, чтобы встретиться с…

Встретиться: столкнуться лицом к лицу. Познакомиться. Быть представленной. Найти. Испытать. Почувствовать. Получить. Ожидать прибытия. Столкнуться. Схлестнуться в схватке. А сюда пришла, чтобы встретиться с…

В зале поднялся ураган, расплескавший напитки из стаканов; он разбросал бутылки, словно пробки, поднял в воздух мебель и швырнул ее в стену. Официантов и посетителей унесло на улицу в лохмотьях. В комнате не осталось ничего, только я и она, мы, загипнотизированные друг другом. Ветер мешал промолвить хоть слово.

Она собрала вещи, и мы вместе ушли из разрушенного бара. Она быстро меняла направление, и мне приходилось поспевать за ней. Я совсем потерялась и не понимала, где мы. Сетка координат словно искривилась. Город стал запутанной тропинкой, а она словно была здесь завсегдатаем.

Наконец, мы пришли в небольшую закусочную на окраине города. Она вошла внутрь, и мы сели за угрожающе-прекрасный столик, покрытый скатертью. На столе стояли две гвоздики и несколько хлебных палочек.

Вышел официант с графином красного вина и чашей оливок. Он протянул меню нам так, словно это был обычный обед в обычный день. Я попала в руки Борджиа, и теперь они хотели, чтобы я отобедала.

Я взглянула на меню, где красовался слоган: «По-итальянски – вкуснее!»

-Здесь мы с ним и встретились, - сказала она. – В 1947 году, в день, когда я родилась.