«Симметрии ТВО» (отрывок)
Джанет Уинтерсон

К месту сражения мы с ней будем подступать с противоположных концов города. Она представлялась мне яростной, самонадеянной, готовой сразиться со мной и победить меня в моей же собственной игре. Предстояла великая битва за Джоува. Когда я сказала ему, что она мне написала, он собрался в гости к друзьям на выходные.
Её письмо лежало у меня в кармане. Аккуратный почерк. Приказ к исполнению. «Встретимся в среду, 12-го, в 18:30, в баре при гостинице “Алгонквин”»
Почему именно в этом месте?
А вот и оно.
Оставалось пять минут. Время неумолимо.
Вид у меня был боевой: облачение – чёрное сверху донизу, волосы распущены, в ушах – массивные золотые кольца, на лице – боевая раскраска. Я лидировала над противником с отрывом в двадцать лет и намеревалась воспользоваться этим преимуществом сполна.
Наверняка у неё седеющие волосы, наверняка она вся в морщинах, наверняка страдает от лишнего веса, наверняка одевается небрежно. И, конечно же, она вдохновенно носит сандалии на босу ногу, а глаза прячет за стёклами, как музейные экспонаты. Я будто воочию видела её, теряющую волосы и физическую форму, а в глубине души таящую надежду. Но я лишу её и этого.

Ни намёка на её присутствие. Бар был похож на шахматную доску с фигурами в виде пар, производящих ловкие манипуляции с бокалами мартини, и официантов, несущих высоко поднятые хромированные подносы. Я ходила вдоль и поперёк в «Г»-образной манере чёрного шахматного коня, но никто, казалось, не обращал на меня внимания, кроме благодарной публики в лице нескольких предпринимателей.
Она, понятное дело, не пришла. Она, понятное дело, не придёт. В этой психологической войне победила я. Я почувствовала жуткую боль в шее. Заказала выпить и рухнула без сил за столик под растущей в горшке пальмой.
-Можно присесть?
-Пожалуйста. Вы, должно быть, англичанка.
-С чего Вы взяли?
-Вы не по-американски обходительны.
-А американцы разве не обходительны?
-Только если им хорошо платят.
-Британцам сколько ни плати – обходительными они не станут.
-Значит, мы с Вами беженки.
-По-моему, я – точно. Мой отец бывал здесь. Он любил Нью-Йорк. Говорил, что это единственное место в мире, где можно оставаться собой, вылезая из кожи вон в попытках стать другим.
-И он сумел?
-Что?
-Стать другим.
-Да. Сумел.
Мы замолчали. Она смотрела в сторону двери. Я смотрела на неё. Стройная, подтянутая (в тот момент – полусклонённая) фигура, как у борзой; рельеф спинных мышц подчёркивала белая, накрахмаленная, дорогостоящая блузка. Левая рука - будто манекен в витрине «Тиффани». Мне было невдомёк, как женщина может оставаться несгибаемой под тяжестью такого количества серебра.
У неё были тёмно-кизилово-телесно-рыжие волосы, обладавшие той мягкостью, которая отчасти является природным даром, отчасти - результатом приложенных усилий. Внешность её мне казалась настолько же искусственной, насколько безыскусной.
-Вы кого-то ждёте? – спросила я.
-Ждала. – Она посмотрела на свои часы. – Вы живёте здесь?
-Нет. Я живу Нью-Йорке. Работаю в Институте Передовых Исследований. Я должна была встретиться здесь с…
Вернее, встретиться лицом к лицу. Познакомиться. Представиться. Увидеть. Изучить. Получить представление. Дождаться. Неожиданно столкнуться. Столкнуться в схватке.
- Я должна была встретиться здесь с…

В зале поднялся ветер; он вырвал напитки из рук пьющих, разметал бутылки, будто пробки, поднял в воздух мебель и швырнул её об оцепеневшую стену. Официанты и посетители в лохмотьях пулей вылетели за дверь. В помещении остались только мы с ней: только она и я, очарованные друг другом, из-за ветра не способные говорить.

Она собрала свои вещи, и мы вместе вышли из разрушенного зала. Мне пришлось идти за ней по пятам, в то время как она петляла по мостовым улиц. Я перестала ориентироваться в пространстве. Решётка прогнулась под ногами. Город был подобен лабиринту, а она – наиболее сметливой крысе в нём.
Наконец, мы дошли до небольшой закусочной в потрёпанном районе города. Она свернула внутрь, и мы сели за подозрительно опрятный, покрытый клетчатой скатертью столик с двумя гвоздиками и несколькими палочками гриссини. Появился мальчик с графином красного вина и чашей с маслинами. Он протянул нам меню, будто это был совершенно обычный будничный обед. Я оказалась во власти клана Борджиа, и сейчас они приказывали мне есть.
Я заглянула в меню. БЛЮДА НА ИТАЛЬЯНСКОМ ВЫГЛЯДЯТ ВКУСНЕЕ.
-Вот тогда я и познакомилась с ним, - сказала она. – В 1947 году, в день, когда я родилась…


Примечания:
ТВО – Теории Великого Объединения (англ. Grand Unified Theory, GUT) – в физике элементарных частиц группа теоретических моделей, описывающих единым образом сильное, слабое и электромагнитное взаимодействия © Wikipedia
«Тиффани» – сеть ювелирных магазинов. Соответственно, «…манекен в витрине “Тиффани”» - манекен для ювелирных украшений.
Гриссини – хлебные палочки (традиционная итальянская выпечка).