Когда Адам Квинс подходил к зданию, в котором находилась редакция его газеты, перед окнами офисов на Флит-стрит случилось нечто неожиданное. Откуда ни возьмись, на дорогу выскочил барсук, которого переехал двухэтажный автобус. Адаму было видно, как черно-белый зверек лежит на асфальте, а водитель автобуса и несколько прохожих удивленно смотрят на него. Он перешел улицу и примкнул к собравшимся очевидцам.


– Что случилось? Собаку задавили?


– Барсука.


– Барсука? На Флит-стрит? Откуда он тут?


– Должно быть, сбежал из зоопарка.


– Или вылез из водосточной трубы. Тут ведь раньше протекала река Флит.


– Теперь ведь это канализация.


– Так барсуки и любят, где погрязнее.


– Но только не с таким сильным течением. Скорее, его выпустил какой-то хулиган.


– Да уж, эти газетчики на все готовы, чтобы было, о чем написать.


Адам пристально смотрел на раздавленную морду и белые полоски по бокам животного. Барсук лежал абсолютно неподвижно, лишь кровь сочилась из ран. Как ни странно, он не казался чем-то инородным. Окрас его меха повторял цвета города, с его зданиями из бетона и дорогами из асфальта. Адам вспомнил колонку с историческими фактами, которую вел в газете. В течение года он был вынужден искать информацию о городе, в который переехал. Когда в Йорке уже была цивилизация, на месте нынешнего Лондона были сплошные болота. Тысячу лет назад барсуки уже охотились на этих болотах. Современные улицы проложили поверх их земель. Возможно, как и у людей, в основе их поведения лежит охотничий инстинкт.


По пути назад к офису Адам заметил еще кое-что необычное. На Флит-стрит осмелился прийти уличный торговец. Он был одет в темный костюм и шляпу-котелок. Лицо у него было такое же мясистое и румяное, как у любого бизнесмена в Сити, и лишь по открытому чемодану и ряду игрушек, выстроившемуся у его ног, можно было догадаться о его роде деятельности.


Игрушки были с ладонь величиной. Внешним видом они полностью повторяли своего хозяина – розовощекие, в котелках и темных костюмах. Он приводил их в движение при помощи воздушной помпы, которую держал в руке. Стоило ему на нее нажать, – а делал он это каждые десять секунд, – маленькие человечки как один поднимали шляпы. А когда струя воздуха иссякала, шляпы возвращались на место.


– Дайте одного, – сказал Адам.


Мужчина наклонился и протянул Адаму игрушку в пластиковой упаковке.


– Всего два шиллинга, шесть пенсов, сэр.


Адам расплатился и забрал игрушку. Уходя, он уголком глаз заметил, что торговец поднял шляпу в знак благодарности. Вместе с ним шляпы подняли и маленькие человечки. Адам перевел взгляд на надпись на пластиковой упаковке, которая гласила: «Мистер Доброе утро говорит – Вежливость имеет значение».


Адам вошел в здание через вращающиеся двери, пересек отделанный черным мрамором холл и, обогнув стойку администратора, подошел к лифту. Его двери сразу открылись, и он вошел внутрь. Каждый раз, когда ему нужно было нажать на кнопку, чтобы спуститься в подвальный этаж, он чувствовал себя подавленным. Никому не понравится спускаться, чтобы делать свою работу.