Когда Адам Куинс подходил к зданию редакции, где располагалась его работа, прямо в центре Флит-стрит возник информационный повод. Откуда ни возьмись появился барсук, которого тотчас же сбил двухэтажный автобус. Адам видел, как водитель автобуса и прохожие с интересом рассматривают чёрно-белого зверя, упавшего замертво прямо на проезжей части. Адам перешёл улицу, чтобы присоединиться к разговору сочувствующих.


— Кто это? Пёс какой-то заблудился, что ли?


— Барсук.


— Барсук на Флит-стрит? Где же это видано?


— Наверное, из зоопарка сбежал.


— Может, из канализации выполз? Там внизу течёт старая речка Флит.


— Это уже не река, а сточная канава.


— Барсуки любят грязь.


— Ну не настолько же. Скорее всего, какой-нибудь шутник его выпустил.


— Да, ради новостей газетчики и не такое могут.


Адам рассматривал раздавленную морду барсука и его полосатые бока. Зверь был мёртв, лишь капли крови живо стекали по замершей вытянувшейся тушке. Лежащий посреди улицы барсук почему-то не выглядел неуместно. Его окрас странным образом сочетался с городскими оттенками асфальта и бетона. Адам вспомнил свою историческую колонку в газете. Целый год ему приходилось изучать этот неродной для него город. По сравнению с цивилизованным Нью-Йорком Лондон казался сущим болотом. Барсуки выходили на охоту в местные трясины ещё тысячу лет назад. Современные улицы проложены поверх законных барсучьих земель. Наверное, звери, как и люди, чтут свои традиции.


Направляясь через дорогу обратно, ко входу в офис, Адам заметил ещё одну странность. На Флит-стрит осмелился заявиться торговец. Мужчина был одет в тёмный костюм и шляпу-котелок. Посмотрев в его полное красное лицо, можно было предположить, что он обычный предприниматель из Сити. Лишь открытый коричневый чемодан говорил о том, что мужчина занимается торговлей. Чемодан да игрушечные человечки, выставленные напоказ у ног продавца.


Высотой эти куклы были около трёх дюймов. Все они — копии хозяина, краснолицые, в шляпах-котелках и тёмных костюмах. Резиновая груша в руках торговца приводила человечков в движение. Каждые десять секунд он сжимал грушу, и те немедленно поднимали шляпы. Когда из груши выходил весь воздух, маленькие шляпы возвращались на место.


— Дайте мне одного, — попросил Адам.


Мужчина нагнулся и подал Адаму человечка в целлофановой упаковке.


— Всего два фунта и шесть пенсов, сэр.


Адам заплатил и забрал игрушку. Уходя, он увидел, как торговец в знак благодарности приподнял котелок. И все человечки подняли свои головные уборы вместе с ним. Адам прочёл надпись на упаковке: «Мистер Доброе Утро считает, что вежливость превыше всего».


Адам вошёл во вращающуюся дверь здания редакции, пересёк зал, отделанный чёрным мрамором, миновал стойку регистрации и добрался до лифта. Тот уже ждал. Адам вошёл. Он каждый раз впадал в уныние, нажимая кнопку подвального этажа. Никто не должен опускаться до своей работы.