Мусорщик
(отрывок из романа Эндрю Синклера «Мусорщик»)

Когда Адам Квинс подходил к зданию газеты, в котором располагался его офис, под окнами улицы Флит-стрит разыгралась история, достойная новостного сюжета. Откуда ни возьмись на дорогу выбежал барсук, и его тут же переехал двухэтажный автобус. На проезжей части лежали останки черно-белого зверька, на которые подавленно смотрели водитель автобуса и несколько прохожих. Адам перешел дорогу и присоединился к панихиде.
— Что здесь стряслось? Собака под колеса попала?
— Барсук.
— Барсук на Флит-стрит? Что-то новое.
— Наверно из зоопарка сбежал.
— Может, из канализации вылез? Под землей ведь течет старая речка Флит.
— Она теперь в коллекторе.
— Барсуки любят грязь.
— Не настолько. Наверно шутник какой-то выпустил.
— Чего только журналисты не вытворят ради новостей...
Адам посмотрел на раздавленную мордочку и сплющенные полосатые бока животного. Теперь только сочившаяся кровь проявляла признаки жизни в неподвижном теле. Как ни странно, мертвый барсук очень соответствовал окружающей обстановке. Его окраска органично вписывалась в город из бетона и асфальта. Адам вспомнил свою старую историческую колонку в одной газете. Годами ему приходилось изучать город, в котором он жил. Когда в Йорке стали появляться признаки цивилизации, Лондон еще был обычным болотом. Барсуки веками охотились в здешних трясинах, и современные улицы лежали на их землях. Возможно, инстинкты заставляют зверей искать свои корни, как и людей.
Когда Адам переходил дорогу обратно, направляясь в офис, он заметил еще одну необычную деталь. На Флит-стрит осмелился прийти уличный торговец. Мужчина был одет в темный костюм и носил шляпу-котелок. Его лицо было таким упитанным и румяным, что подошло бы любому бизнесмену города. Род занятий торговца выдавали лишь открытый коричневый чемодан и игрушки, стоявшие у его ног.
Человечки, которых он продавал, были чуть меньше десяти сантиметров в высоту. Котелки, темные костюмы и красные лица делали их вылитыми копиями своего хозяина. В руке торговец держал баллончик, на кнопку которого он нажимал каждые десять секунд. Все человечки при этом одновременно приподнимали шляпы. Когда поток воздуха прекращался, котелки возвращались на место.
— Мне одну, пожалуйста, — сказал Адам.
Мужчина наклонился и дал ему человечка в целлофановой упаковке.
— С вас всего лишь два шестьдесят.
Адам заплатил и забрал игрушку. Когда он отходил, торговец с благодарностью снял собственную шляпу. Все человечки приподняли котелки одновременно с ним. Адам посмотрел на этикетку. «Мистер Доброе утро уверен: учтивость возвращается», — прочитал он.
Адам вошел в здание газеты через вращающуюся дверь, преодолел зал, отделанный черным мрамором, прошел мимо вахты и приблизился к лифту. Лифт ждал его, и он вошел. Каждый раз, когда Адаму приходилось нажимать кнопку подвала, на него находило уныние. Он никому не желал опуститься до такой работы.