Когда Адам Квинс приблизился к офису газеты, где он работал, под окнами Флит-стрит его уже поджидал материал для статьи. Откуда ни возьмись, появился барсук и кинулся под колеса двухэтажного автобуса. Водитель и пассажиры прильнули к стеклу и с любопытством разглядывали черно-белый труп животного, распростершийся на дороге. Адам пересек улицу и расслышал перешептывания.
- Что случилось? Собаку задавили?
- Барсука.
- Откуда на Флит-стрит взяться барсуку? Шутить вздумали?
- Должно быть, он сбежал из зоопарка.
- Наверное, вылез из канализации. Под землей ведь старушка Флит течет.
- Река Флит нынче сущая клоака.
- Барсуки любят поваляться в грязи.
- И вовсе он не грязный. Видать какой-то шутник выпустил его из клетки.
- Эти газетчики чего только не выдумают ради сенсации.
Адам смотрел на раздавленную морду и полосатый бок зверя; из ран все еще сочилась кровь. Все это как ни странно не казалось чуждым. Барсук словно был порождением города из бетона и асфальта. Адам вспомнил свою старую историческую колонку в газете. Чего только ему не пришлось разузнать о его новом городе. Когда Йорк уже заселили люди, Лондон оставался болотистой местностью. Барсуки испокон веков тут охотились. Городские улицы вторглись в их среду обитания. Возможно звери, как и люди неудержимо стремятся к своим корням.
Возвращаясь через дорогу к офису, Адам заметил еще одну странность. Какой-то уличный торговец рискнул появиться на Флит-стрит. На нем был темный костюм и котелок. Лицо упитанное и румяное, как и у всякого представителя Сити. Род его занятий выдавал раскрытый коричневый чемодан да образцы игрушек дюйма в три росточком, сгрудившиеся у ног.
Игрушки как две капли воды походили на хозяина, краснолицые, в темных костюмчиках и при котелках. Они крепились к грушевидной штуке в его руке. Каждые десять секунд он сжимал ее, и человечки дружно обнажали головы, разжимал пальцы, и они снова нахлобучивали шляпы.
- Дайте одного, - попросил Адам.
Торговец наклонился и упаковал для него марионетку.
- С вас два доллара шесть пенсов, сэр.
Адам заплатил и взял игрушку.
Торговец проводил его, приподняв котелок в знак признательности. Все человечки проделали то же самое. Адам взглянул на этикетку пластиковой упаковки. «Мистер Доброе Утро говорит - вежливость любит счет».
Адам вошел во вращающуюся дверь, пересек холл из черного мрамора, миновал приемную, и направился к лифту. Работа не ждет. Он вошел в кабинку и с мрачным видом нажал кнопку подвального этажа. Вряд ли кто решился бы поменяться с ним местами.