Адам Куинс был уже у редакции, когда прямо под окнами Флит-стрит случилось происшествие. Выскочившего откуда ни возьмись барсука задавил двухэтажный автобус. На проезжей части лежало мёртвое черно-белое существо, водитель и кое-кто из прохожих с любопытством смотрели вниз. Адам перешёл дорогу, чтобы присоединиться к беседе скорбящих.

- Что это? Собака-уродец?

- Барсук.

- Барсук на Флит-стрит? Это что, рекорд?

- Должно быть, удрал из зоопарка.

- Вероятно, из трубы вылез. Тут под землёй речка Флит.

- По Флит давно текут только стоки.

- Барсуки грязь любят.

- Не такую едкую. Его, небось, какой-нибудь шутник выпустил.

- И чего только газетчики не сделают ради «новости»!

Адам глядел на раздавленную морду и полосатые бока. Лишь струившаяся кровь оставалась живой в неподвижном тельце. Зверёк казался удивительно уместным: того же окраса, что и город бетона и асфальта.

Адам припомнил свою прежнюю колонку по истории. Целый год ему пришлось много читать о городе, что он сделал своим. Когда в Йорке появились жители, Лондон был просто болотом. Барсуки охотились в здешних топях тысячу лет тому назад. Современные улицы проложены по их землям. Возможно, животные, как и люди, инстинктивно пытаются найти свои истоки.

Перейдя дорогу обратно к зданию газеты, Адам заметил ещё кое-что необычное. На Флит-стрит рискнул появиться торговец. В тёмном костюме и котелке, с лицом округлым и румяным, как у любого делового человека в Сити. Выдавал его лишь открытый коричневый чемодан. Да ещё образцы игрушек, стоявшие у ног: ростом дюйма в три, копии своего хозяина, краснощёкие, в котелках и тёмных пиджаках. Работали они от резиновой груши: каждые десять секунд торговец сжимал её в руке, и маленькие человечки одновременно приподнимали шляпы. Когда поток воздуха иссякал, шляпы снова опускались.

- Я куплю одну, - сказал Адам.

Торговец наклонился и подал ему человечка в пластиковой упаковке:

- Всего два шиллинга шесть пенсов, сэр.

Адам заплатил и взял игрушку. Уходя, он увидел, как продавец приподнял котелок в знак благодарности, и вместе с ним подняли шляпы все малыши. И прочитал надпись на упаковке. «Мистер Доброе Утро утверждает: вежливость ценится».

Адам прошёл в здание редакции: через крутящуюся дверь, по вестибюлю черного мрамора, мимо приёмной стойки, и дальше, к лифту. Он его ждал. Адам вошёл внутрь. И расстроился, как всегда, когда приходилось нажимать кнопку и спускаться в подвал. Никто не должен спускаться на работу.