Мусорщик

(отрывок из одноименного романа Эндрю Синклера)

Когда Адам Квинс подошел к зданию газеты, в которой он работал, под окнами Флит-стрит произошло событие, достойное освещения в прессе. Откуда ни возьмись, на дорогу вдруг выскочил барсук, и тут же был сбит двухэтажным автобусом. Адам увидел на проезжей части тельце черно-белого зверька, а водитель автобуса и несколько прохожих с любопытством смотрели вниз на дорогу. Адам перешел улицу и присоединился к разговорам плакальщиков.
- Что это? Собака-мутант?
- Барсук.
- Барсук на Флит-стрит? Вот так так!
- Должно быть, сбежал из зоопарка.
- Наверное, вылез из канализации. Внизу же, как-никак, старая добрая речка Флит.
- Она уже давно говнотечка Флит.
- Барсуки любят грязь.
- Но не такую же грязь! Наверное, его выпустил какой-то шутник.
- Никогда не знаешь, на что готовы газетчики ради новостей.
Адам уставился на разбитую мордочку и полосатые бока зверька. В нем жива была только кровь, что сочилась из ран, а сам он неподвижно лежал на дороге, растянувшись во всю длину, и как это ни странно вполне сочетался с окружающим пейзажем. Его окраска была как раз под стать городу из бетона и асфальта. Адам вспомнил свою давнишнюю историческую колонку в газете. За год ему пришлось изучить всю подноготную принявшего его города. Когда Нью-Йорк уже был цивилизован, Лондон все еще оставался болотом. Тысячу лет назад барсуки охотились на здешних трясинах. Нынешние улицы были заложены на их землях. Возможно, зверей, как и людей, инстинктивно тянуло к корням.
Когда Адам еще раз перешел дорогу, направляясь к входу в редакцию, он заметил еще одну необычную вещь. На Флит-стрит посмел заявиться торговец. Он был одет в темный костюм и котелок. Его лицо было откормленным и румяным, как у любого бизнесмена из Сити. Лишь открытый коричневый чемодан выдавал его ремесло. Да еще образцы игрушек, что стояли у его ног.
Игрушки были около трех дюймов в высоту. Они были точными копиями своего хозяина - в котелках и темных костюмах и с красными лицами. Они работали от груши, которую торговец держал в руке. Когда он нажимал на грушу, что он делал каждые десять секунд, маленькие человечки все разом поднимали свои шляпы. Когда поток воздуха иссякал, они снова опускали шляпы.
- Я куплю одного, - сказал Адам.
Человек наклонился и протянул Адаму человечка, завернутого в пленку.
- Всего два фунта шесть пенсов, сэр.
Адам заплатил ему и забрал игрушку. Отходя, он увидел, что торговец в знак благодарности поднял свой котелок. А маленькие человечки одновременно с ним тоже подняли свои шляпы. Адам опустил глаза и прочел надпись на пленке. Там говорилось: «Господин Доброе Утро считает, что учтивость в почете».
Адам прошел через вращающуюся дверь редакции и, минуя ресепшн, направился через холл из черного мрамора прямиком к лифту. Кабина уже ждала его. Он вошел. Всякий раз, когда он касался кнопки, чтобы лифт опустил его в подвал, у него внутри начинало щемить. Никто не должен опускаться до того, чтобы выполнять его работу.