Чистильщик
(отрывок из романа «The Raker», Andrew Sinclair)


Когда Адам Куинс подходил к зданию своей редакции, под окнами Флит-стрит случилось нечто, достойное заметки в новостях. Из ниоткуда выскочил барсук, и тут же угодил под колеса даблдекера. Адам увидел, как водитель и несколько пассажиров с любопытством рассматривают неподвижное черно-белое тельце. Он перешел дорогу, чтобы присоединиться к беседе образовавшейся траурной процессии.

– Это кто, пес сорвался с поводка?
– Барсук.
– Барсук на Флит-стрит? Вот это новости!
– Должно быть из зоопарка.
– Наверное, он вылез из канавы. Тут ниже течет старушка Флит.
– Флит сейчас просто клоака.
– Барсуки любят болотную грязь.
– Но не настолько. Наверняка выпустил какой-нибудь бездельник.
– Эти журналюги на что только не пойдут ради заметки.

Адам не мог отвести взгляд от раздавленной морды и полосатой шкурки зверька. Он уже окостенел – в движении оставались лишь струйки сочащейся крови. Зверек смотрелся здесь до странности уместно. Его окрас сливался с асфальтово-бетонной городской средой. Адам вспомнил, как когда-то вел в газете историческую колонку. Целый год ему пришлось рыться в анналах малознакомого ему города. Когда Нью-Йорк уже был цивилизован, Лондон оставался сущим болотом. Барсуки охотились в здешних трясинах еще тысячелетия назад. Сегодняшние улицы проложили прямо поверх их владений. Наверное, их потомков, как и людей, вел животный инстинкт.

Переходя дорогу в сторону своего офиса, Адам заметил еще одну странность. На Флит-стрит рискнул явиться уличный торговец. Мужчина был одет в черный костюм и шляпу-котелок. Его лицо было румяным и откормленным, как и у всякого дельца из Сити. Лишь открытый коричневый чемодан выдавал его профессию. Чемодан, и несколько игрушек-образцов, стоявших у его ног.

Игрушки были около трех дюймов высотой. Каждая из них повторяла облик мастера – черные костюмы, котелки и румяные щеки. Куклы управлялись грушевидным шариком в руке торговца. Каждые 10 секунд он сжимал шарик, и человечки синхронно приподнимали шляпы. Когда же воздух в шарике иссякал, шляпки возвращались на свои места.

– Я возьму, - сказал Адам.
Мужчина нагнулся и подал Адаму куклу в пластиковой упаковке.
– Всего два шестьдесят, сэр.

Адам заплатил и взял игрушку. Уходя, он заметил, как торговец в благодарность приподнял свою собственную шляпу. Одновременно то же повторили и все крошечные копии. Адам посмотрел на этикетку на пластиковой упаковке. «Мистер Добрый День уверен – вежливость всегда к месту».

Адам вошел во вращающуюся дверь редакции, прошел через черный мраморный холл, обогнул стойку ресепшена и направился к лифту. Лифт уже ждал его. Он вошел. Каждый раз перед тем, как нажать кнопку спуска на цокольный этаж, его охватывало уныние. Никто на свете не должен нисходить до такой работы.