Адам Квинс приближался к зданию редакции, где он работал, когда прямо под окнами Флит-стрит произошло событие, достойное газетного заголовка. Барсук, возникнув ниоткуда, угодил прямо под колеса двухэтажного автобуса. Водитель и несколько прохожих с любопытством глядели вниз. Адам заметил черно-белое существо, распластавшееся на мостовой. Он пересек улицу, чтобы присоединиться к скорбящим.
– Что случилось? Собаке не повезло?
– Это барсук.
– Барсук на Флит-стрит? Видали что-нибудь подобное?
– Надо полагать, сбежал из зоопарка.
– А может, по сточным водам приплыл? Течет же внизу старушка Флит!
– Флит теперь – та еще клоака.
– Барсуки любят грязь.
– Уж не до такой степени! Может, какой шутник его выпустил?
– На что только не пойдет пресса, чтобы заполучить новость!
Взгляд Адама остановился на раздавленной морде и полосатых боках зверька. Только струйки сочащейся крови оживляли его неподвижное тело. Его присутствие здесь казалось странно уместным. Черно-белый окрас гармонировал с городом из бетона и щебня.

Адаму вспомнилась его старая рубрика «История». В течение года он должен был изучать прошлое этого города, ставшего ему родным. Во времена, когда Йорк уже был заселен, Лондон представлял собой обыкновенное болото. Тысячу лет назад на здешних топях охотились барсуки. Современные улицы выросли на их владениях. Быть может, люди пробуждали в барсуках животный инстинкт, зовущий их на поиски своих корней.

Вновь перейдя дорогу, направляясь к входу в редакцию, Адам заметил еще одну необычную вещь. На Флит-стрит рискнул наведаться торговец. Одет он был в темный костюм и котелок, а по лицу, румяному и мясистому, его было не отличить от любого местного коммерсанта. Лишь открытый коричневый чемоданчик, да несколько игрушек у ног этого господина выдавали его ремесло. Игрушки, около трех дюймов в высоту, в точности повторяли облик своего владельца: темные костюмы, котелки и красные лица. Управлялись они с помощью груши в руках торговца. Когда он нажимал на грушу, что происходило каждые десять секунд, человечки одновременно приподнимали шляпы. Когда воздух заканчивался, шляпы вновь возвращались на свои места.
– Я возьму, – сказал Адам.
Продавец наклонился и протянул Адаму человечка в пластиковой упаковке.
– Всего лишь два и шесть, сэр.

Адам расплатился и взял игрушку. Уходя, он видел, как торговец приподнял собственный котелок в знак благодарности. В это же мгновение подняли шляпы и все человечки. Адам прочел надпись на упаковке: «Мистер Доброе Утро напоминает: этикет имеет значение».

Адам вошел в карусельную дверь здания, пересек холл из черного мрамора, миновал стойку ресепшен и подошел к лифту, который уже ожидал его. Адам вошел в лифт. Его охватывала тоска каждый раз, когда приходилось нажимать на кнопку, чтобы спуститься на цокольный этаж. Никто не должен опускаться, чтобы выполнять свою работу.