Эндрю Синклер
Мусорщик

Идя на работу, Адам Куинс обнаружил новостное событие прямо под окнами редакции своей газеты. Он увидел на Флит-стрит барсука, угодившего под колёса двухэтажного автобуса. Чёрно-белое существо, выскочившее неизвестно откуда, лежало на дороге мёртвым, и его с удивлением разглядывали водитель автобуса и несколько прохожих. Адам перешёл улицу, чтобы присоединиться к разговору свидетелей гибели.

— Кто это? Что за нелепая псина?

— Барсук.

— Барсук на Флит-стрит? Что-то новенькое.

— Должно быть, сбежал из зоопарка.

— Может, из канализации вылез? Прямо под нами течёт река Флит.

— Флит теперь сточная канава.

— Барсуки любят грязь.

— Ну не настолько же! Может, какой-то шутник выпустил?

— Вы даже не представляете, на что способны газетчики ради новостей!

Адам смотрел на раздавленную морду животного и его полосатые бока. Движения стихли, только кровь продолжала сочиться. Лёжа здесь, барсук выглядел до странности уместным: его расцветка хорошо сочеталась с асфальтово-бетонными красками города. Адам вспомнил, как вёл когда-то в газете историческую колонку. Целый год он постигал приютивший его город. В Йорке уже была цивилизация, а на месте Лондона ещё дремало болото. Тысячу лет назад по здешним топям рыскали барсуки, над их норами и пролегли современные улицы. Возможно, звери, как и люди, наделены инстинктивной тягой к своим корням.

Когда Адам вновь пересекал улицу, направляясь к себе на работу, он заметил ещё кое-что непривычное. На Флит-стрит осмелился прийти уличный торговец. Мужчина, одетый в тёмный костюм и шляпу-котелок. Лицо у него было столь же румяным и мясистым, как и у многих дельцов Сити. Его ремесло выдавал лишь открытый коричневый чемодан. Да ещё образцы игрушек, стоявшие возле ног.

В высоту игрушки имели дюйма три. Каждая была копией владельца: шляпа-котелок, тёмный костюм, румянец на лице. Игрушки приводились в движение резиновой грушей, которую торговец держал в руке. Стоило ему сжать эту грушу — что он и делал каждые десять секунд, — как все человечки разом приподнимали свои шляпы. Когда струя воздуха иссякала, шляпы опускались.

— Я куплю одного, — сказал Адам.

Мужчина извлёк лилипута в пластиковой упаковке и протянул Адаму:

— С вас всего полкроны, сэр.

Адам расплатился и взял игрушку. Отходя, он видел, что торговец в знак благодарности приподнимает собственную шляпу. В тот же миг все его человечки повторили этот жест. Адам вгляделся в этикетку на упаковке: «Приветливый господин показывает, как важна вежливость».

Через вращающуюся дверь Адам вошёл в здание редакции и по вестибюлю, облицованному чёрным мрамором, мимо поста дежурного двинулся к лифту. Кабина лифта уже его ждала. Адам шагнул внутрь. Как обычно, тут он приуныл, поскольку приходилось нажимать кнопку, отправляющую его в подвал. Ни один человек не заслуживает работы под землёй.