Джордж Альфред Таунсенд

Курьер на костылях

Оставалось полчаса до созыва конгресса. Достопочтенный Джимс Би из Техаса находился в зале заседаний, ожидая, когда его темнокожий слуга приготовит коктейль. Вдруг конгрессмен заметил мальчика на костылях.

– Письмо! – воскликнул мистер Би, – со штампом Рейболда, того самого янки из Пенсильванских либералов! Твой знакомый! Хочет, чтобы я взял на службу…э-э-э… как тебя?

– Уриэль Басил, – отчеканил мальчик, немного волнуясь.

– Уриэль Басил, посыльный в палате представителей, калека, но весьма достойный мальчик, желающий поработать, чтобы помочь матери. Мальчик-инвалид хочет стать курьером, и либерал рекомендует его комитету демократов. Джентльмены, что вы об этом думаете, а?

Вопрос был адресован остальным членам комитета, вошедшим в зал.

– Из инвалида выйдет проворный курьер, - сказал достопочтенный Бокс Изард из Аркансо, штата Висконсин.

– Заполучить курьера с ограниченными возможностями труднее, чем взять слово в палате общин, - произнес оратор Понтоток Бибб из Джорджии.

– И то, и другое непросто… легче в эти суматошные времена получить назначение по рекомендации оппозиционера, когда вся Вирджиния нуждается в заботе, – изрек достопочтенный Фитцхью Смай из Старого Доминиона.

Большие карие глаза мальчика погрустнели и наполнились слезами. Он еще больше выпрямился, опираясь на костыли, стараясь не показывать, что его задели за живое, но его узенькая грудка выдавала волнение, часто вздымаясь под коричневой курткой.

– Я могу бегать, как и все, – выпалил он, – так говорит моя сестра. Дайте мне шанс!

– Кто твоя сестра, приятель?

– Джойс.

– Что за Джойс?

– Джойс Басил. Для вас мисс Джойс Басил, джентльмен. Моя мама держит квартирантов, и один из них – Мистер Рейболд. Я думаю, что мальчику с Юга трудно устроиться на работу, и только человек с Севера может в этом помочь. Не так ли?

– Хороший выпад! – одобрил господин Джеробоам Коффе из Алабамы. – Этот парень не промах!

– Джентльмены, – произнес другой член комитета, юный идеалист из Южной Каролины, достопочтенный Лоундес Клебурн, прослывший истинным поэтом, – очевидно, что мальчик нуждается в поддержке. Считаю своим долгом, помочь ему. Кстати, как там насчет моего коктейля?

– Джентльмены, – изрек председатель комитета Джимс Би, – мне в этом вопросе видится социальная подоплека. Просьба Рейболда, единственного либерала в комитете по использованию водно-болотных угодий, должна быть удовлетворена. Этого требует этикет! Всем нам, джентльмены, непозволительно забывать об этом.

– Непозволительно, черт возьми! – воскликнул Фицчью Смай.

– Вы правы, Би! – прокричал Бокс Изард, – дело касается конституционных норм.

– Рейболд, честно говоря, гениальностью не блещет! – продолжал вдохновенно Джимз Би. – Он никогда не станет значимой фигурой. Ему не хватает воздуха, размаха, он не может встать в позу, как сказал бы скульптор. Он не решит материальную проблему, а лишь одолжит немного денег, да и то если будет знать, на что они пойдут. Его не назовешь ни великодушным, ни скупым.

– Вы правы, Би! – воскликнули все хором.

– Далее, можно сказать, что основатели конституции США никогда не предусматривали одностороннего покровительства. Опираясь на это правило, Мистер Джефферсон выдвигает принцип равновесия: доминирование воли большинства с одной стороны и равноправие меньшинства – с другой. Даже Мистер Джексон, являясь основателем Демократической партии, не отказывал оппозиции в покровительстве. Он всегда придерживался правил хорошего тона, и мы не должны отставать от него. Так будем же следовать нашим традициям! Разве я не прав?

– Би, – заявил юный Лоундес Клебурн, протягивая руку, – устами вашими глаголет истина!

– Благодарю, Клебурн, – произнес Би, – ваш комплимент я не забуду.– Значит, мы приходим к соглашению, что я, как председатель комитета, удовлетворяю просьбу мистера Рейболда из Пенсильвании?

– Да! – последовал единодушный ответ.