Джордж Альфред Таунсенд
Хромой служитель


Достопочтенный Джимс Би, Представитель штата Техас, пришёл в зал заседаний ещё за полчаса до начала созыва Конгресса. Он ждал своего темнокожего знакомого, который должен был принести ему немного джулепа. Неожиданно к конгрессмену подошёл мальчишка на костылях.


– Письмо! – воскликнул мистер Би. – От Рейболда! Тот, что из Пенсильвании, он воевал на стороне северян во время Гражданской войны. Хочет, чтобы я назначил некого У…У…У…как?


– Уриэль Бэзил, – уверенно и отчётливо, но не без учтивости, сказал мальчик на костылях.


– Уриэль Бэзил, служитель в Палате представителей, мальчик-инвалид, достойный человек, желающий найти работу, чтобы помочь своей матери. Он хочет быть служителем, благодаря рекомендации члена партии вигов, в Национальном комитете Демократической партии. Что ж, джентльмены, что вы об этом думаете, а?


Последние слова были адресованы остальным членам комитета, только что вошедшим в зал.


– Мальчик-инвалид будет проворным служителем, – иронически заметил достопочтенный Бокс Изард, конгрессмен от Аркансо.


– Легче получить слово в Палате общин, чем принять на работу немощного, – добавил оратор Понтоток Биб, представитель штата Джорджия.


– Добиться ему назначения на эту должность в наше время не легче, чем стать единственным выступающим на созыве, – сказал достопочтенный Фицчью Смай, конгрессмен от Старого Доминиона.


Во время этой язвительной критики большие карие глаза мальчишки, стоявшего на костылях, были затуманены горькими слезами. Однако он не согнулся под натиском замечаний, а, наоборот, стоял прямо. Только щуплая грудь мальчика выдавала его настоящие чувства: она учащённо вздымалась под коричневым жакетом.


– Я могу бегать так же быстро, как и любой человек, – быстро проговорил он. – Моя сестра так говорит. Вы причиняете мне страдания своими словами!


– Кто твоя сестра, старина?


– Джойс.


– Кто она?


– Джойс Бэзил. Для вас, мисс Джойс Бэзил, джентльмены. Моя мама держит пансионеров. Мистер Рейболд как раз снимает жильё у неё. Довольно сложная ситуация, когда мальчишка с Юга хочет работать и когда единственный, кто может ему помочь в этом, – это человек с Севера. Не так ли?


– Надо же! – воскликнул Иеровоам Кофи, эсквайр, Представитель штата Алабама. – Если бы он мог, он побежал бы!


– Джентльмены, – сказал достопочтенный Лаундс Клиберн, другой член комитета, молодой абстракционист из Южной Каролины. Говорят, он пишет великолепные агитационные стихотворения. – Джентльмены, этот мальчик преувеличивает свои достоинства и пытается нас в них уверить. Я сделаю всё, что я должен сделать по данному вопросу. Где мой джулеп?


– Джентльмены, – сказал Председатель комитета Джимс Би, – мне кажется, что это пример одной из социальных проблем. Рейболд, будучи единственным вигом в комитете, должен действительно чем-то руководствоваться, если он обращается с подобной просьбой к нам. Это его право! Джентльмены, мы все не можем позволить себе забыть об этом!


– Нет, конечно, не можем, Вы что! – воскликнул Фицчью Смай.


– Вы совершенно правы, Би! – вскричал Бокс Изард. – Вы дали этому конституционное обоснование.


– Рейболд, – продолжил Джимс Би, воодушевлённый комментариями коллег, – Рейболд, откровенно говоря, далеко не гений! Он никогда не станет незаменимой персоной в наших кругах. У него неподходящие внешний вид, жестикуляция и положение, как говорят скульпторы. Он не оплатит чей-нибудь счёт, но одолжит немного денег, при условии, если он знает, куда вы с этими деньгами пойдёте. Если он человек, не открытый душой, то его нельзя назвать порядочным!


– Вы правы, Би!


Слова говорящего вызвали всеобщее одобрение.


– Развивая эту мысль, можно сказать, что «отцы» правительства никогда и не допускали возможности такого варианта, что все занимали бы одну общую позицию по какому-то вопросу. Мистер Джеффсон сравнивает это с гармонией весов: один длинный брус на одной чаше, и маленький, но тяжелый камешек на другой. Только мистер Джексон желал увидеть всё же единодушное решение. Но даже он, джентльмены, не ставил себя в полную зависимость от оппозиции; он всегда позволял им соблюдать традиции политической игры. Мы не можем пойти за ним. Не можем. Мы должны быть верны нашим традициям. Правильно я говорю?


– Би, – сказал молодой Лаундс Клиберн, протягивая руку вперёд, - Вы изложили свои мысли ясно и не без духовного начала, словно сам Калхун!


– Благодарю, Клиберн, – произнёс Би. – Я никогда не забуду эту похвалу, произнесённую из Ваших уст. Что ж, тогда по всеобщему согласию решено, что я, как Председатель этого Комитета, удовлетворяю просьбу мистера Рейболда, Представителя штата Пенсильвания?


– Да! – хором ответили все конгрессмены.