Перевод JuMa

Клару разбудили знакомые голоса, доносившиеся с улицы прямо под окном. Заря пока не перекрасила сумрак ее маленькой комнаты в меблированном доме с черного на серый, но это вот-вот случится. Окно комнаты - покрытое пергаментом, а не стеклом, пропускало мало света, но довольно много холода. Она натянула шерстяное одеяло до самого подбородка, вжалась всем телом в тонкий матрас и прислушалась как на улице в очередной раз ругалась одна знакомая семейная пара. Он – пьяница и ребенок в измученном взрослом теле. Она – мегера, пьющая мужскую кровь и лишающая его свободы. Он спал с проститутками. Она все заработанные им деньги, отдавала своему брату. Длинный список причин супружеских раздоров - насколько банален и скучен настолько и печален. И самое печальное, - думала Клара, - это то, что оба не могли слышать любовь, на которой построены все их обиды. И никакого внимания на посторонние крики и плач. Интересно как бы они поступили, если им сказать об их счастье.

Когда она, наконец, поднялась с постели, того количества света уже хватало, чтобы по дыханию заметить приметы зимнего холода. Клара быстро натянула нижнее белье и платье с поясами по бокам. Здесь можно обойтись и без помощи служанки. При прочих обстоятельствах Клара удовлетворилась бы утренней одеждой, но когда твоего мужа убивает Вице-Регент, как изменника режима, правила соблюдения траура в какой-то мере меняются. Она смирилась с небольшой слегка прикрытой рукавом полоской ткани вокруг запястья, помнила о ней и этого достаточно.

Когда еще немного посветлело, она умылась и поправила прическу. Звуки на улице поменялись; дребезжание повозок, крики возчиков, собачий лай – Кэмнипул со всеми своими звуками в объятиях зимы. Доусон терпеть не мог находиться в столице зимой. Голосом полным презрения он называл это «зимней обязанностью». Человеку его воспитания следует коротать зимние месяцы на своих землях или где-нибудь на королевский охотничьих угодьях. Теперь, увы, никаких земель не было. Лорд-регент Гедер Паллиако вернул их обратно за власть, с тем, чтобы затем потратить как подарок тому, кого он хотел наградить. А Клара жила на пособие с трудом собранное двумя ее младшими сыновьями. Старший, Бэрриет, пропал в неизвестном направлении, а внебрачная дочь осталась верной фамилии своего мужа, поклявшись, что двор забудет, что когда-то знал ее как Каллиам.

Винсен Коу ожидал Клару возле камина в комнате отдыха. На нем были охотничьи краги, хотя какая в городе охота, тем более что хозяин, у которого он служил, уже умер. Когда Клара вошла, в его глазах и неуверенных движениях показалась та совершенно нелепая влюбленность, в которой он открыто ей признавался. Влюбленность совсем не возвышенная, но льстивая и вопреки самой себе она нашла ее привлекательной.

- Я оставил вам миску овсяной каши, - сказал он – и сейчас завариваю свежий чай.

- Спасибо – ответила Клара, присаживаясь возле небольшой железной печи.

- Можно мне сегодня прогуляться с вами, моя леди? - этот вопрос он задавал каждый день, словно дитя, вопрошающее благословения своего обожаемого наставника.

- Приятно, когда тебя кто-то сопровождает, спасибо, – так часто отвечала Клара. Часто, но не всегда.

- У меня на сегодня несколько поручений.

- Да, мэм, – произнес Винсен и даже не спросил, какие – догадывался.

Она собиралась лишить власти, и если получится, уничтожить Гедера Паллиако.