Закон тирана
автор: Даниэль Абрахам

Клару разбудили знакомые голоса, доносившиеся с улицы. Темнота, царившая в ее комнатке, принадлежащей пансионату, еще не превратилась в сумрак, но рассвет уже подбирался к ней. Единственное окно вместо стекла закрывал кусок промасленного пергамента, который пропускал немного света и, по большей части, холод. Клара подтянула шерстяное одеяло ближе к подбородку, вжалась в «худой» матрас и прислушалась к ругани супружеской пары, которая имела привычку браниться на улице почти каждое утро. Он был юным пьяницей, замученным жизнью. Она была сварливой женщиной из тех, которые пьют из людей соки и не дают мужьям продохнуть. Он гулял по девкам, а она отдавала брату весь его скромный заработок. Список взаимных супружеских претензий был столь же зауряден и безотраден, как и все, сказанное ранее. «Самое печальное, – думала Клара, – что вряд ли кто-либо из этой парочки догадывался, что все их обиды от любви. Когда люди равнодушны друг к другу, они не ругаются и не закатывают истерик на улице». Ей было любопытно, что «если отыскать этих двоих и объяснить, как им повезло на самом деле?»


Когда наконец Клара рассталась с постелью, было уже достаточно светло, чтобы различить, как от холода пар идет изо рта. Быстро оделась в исподнее и облачилась в платье, корсет которого затягивался спереди, чтобы обходиться без помощи горничной. При других обстоятельствах она одела бы траурный наряд, но когда лорд-протектор казнит кого-либо по обвинению в государственной измене, демонстрировать скорбь не принято. Клара завязала траурную повязку вокруг запястья и прикрыла ее рукавом. Она будет знать о ней. Этого будет достаточно.


В лучах свечи она умылась и привела в порядок волосы. Улица наполнилась новыми звуками: телеги скрипели, кричали извозчики, лаяли собаки. Так звучал Кэмнипол, окованный морозом. Доусон терпеть не мог зимнюю жизнь в столице. «Рецессия!» – называл он ее презрительно. Человек такого статуса должен проводить зимние деньки в своем имении или пропадать на королевской охоте. Вот только земель не осталось – лорд-протектор Гедер Паллиако экспроприировал их в пользу королевской семьи, чтобы позднее раздарить приспешникам. Клара жила на ассигнования, которые удавалось наскрести двум ее младшим сыновьям. Ее старший сын Барриат пропал бог весть куда, а внебрачная дочь была занята восстановлением отцовства и молилась всем святым, чтобы суд не вспомнил, как когда-то она носила фамилию Каллиам.


Винсен Коу сидел в гостиной возле очага и ждал Клару. Он был в охотничьем снаряжении, несмотря на то, что сезон охоты объявлен не был, да и господин, которому он служил, был мертв. Блеск в его глазах и нерешительность, с которой он держался каждый раз, когда Клара появлялась в комнате, выдавали, как безрассудно он влюблен в нее. Это не придавало Винсену шарма, но льстило ей, невольно увлеченной милой интригой.


– Я припас для вас миску овсяных хлопьев на завтрак, – сказал он, – и заварил свежего чаю.

– Благодарю, – ответила она, усаживаясь поближе к маленькой железной печке.

– Могу ли я сегодня сопровождать вас, миледи? – как обычно спросил он разрешения у Клары, словно ребенок, заискивающий перед любимым воспитателем.

– Буду польщена такой компании. Благодарю вас, – дала она свое обычное согласие. Однако так случалось не всегда. – У меня несколько поручений на сегодня.

– Так точно, мадам, – ответил Винсен, не уточняя детали, поскольку знал о характере предстоящих дел.

Она собиралась свергнуть королевскую власть и по возможности уничтожить Гедера Паллиако.