Закон тирана

Дэниел Абрахам

Клару разбудили знакомые голоса. На улице под окном привычно ругались. В её маленькой комнатке было ещё темно, но с рассветом чернота ночного пансиона обращалась в дневную серость. Закрытое промасленным пергаментом окно, в отличие от стеклянного, пропускало слишком мало света и слишком много холода. Клара натянула повыше шерстяные одеяла, вжалась в жидкий тюфяк и стала слушать, как на улице поносят друг друга муж и жена. Они делали это почти каждое утро. Он был пропойцей и сопливым мальчишкой в потрёпанной шкуре взрослого мужчины. Она — сварливой ведьмой, которая пила мужнину кровь и поедала его свободу. Он спал со шлюхами. Она отдавала всякую заработанную им монету своему брату. Нескончаемое перечисление брачных невзгод навевало не только скуку, но и грусть. Самое печальное, что эти двое не замечали любви, на которой выстроились их взаимные обиды. Кто бы стал кричать и заливаться на улице слезами из-за безразличного ему человека? Вот бы отыскать их и сказать, как сильно им повезло. Интересно, что бы они подумали.

Клара наконец поднялась, когда в тусклом свете стало видно, как зимний холод превращает дыхание в пар. Она быстро надела панталоны, а затем и платье. Боковая шнуровка позволяла затянуть корсет без помощи горничной. В иных обстоятельствах Клара бы ещё носила траур. Но если лорд-регент казнит мужа как предателя, это несколько меняет правила для скорбящей вдовы. Она обошлась скромной повязкой на запястье, которая легко скрывалась под рукавом. Клара знала, что она там. Этого было достаточно.

Пока рассвет набирал силу, Клара умылась и подобрала волосы. С улицы доносились уже другие звуки. Дребезжание повозок, крики извозчиков. Собаки лаяли. Шумы скованного стужей Омниполя. Доусон не любил зимовать в городе. Он называл это зимней вознёй, и в голосе сквозило презрение. Человеку его происхождения полагалось проводить холодные месяцы в поместье или на королевской охоте. Теперь-то, конечно, не было никакого поместья. Лорд-регент Гедер Паллиако вернул его во владения короны, чтобы потом отдать кому-то в награду. Денежное содержание для Клары едва наскребли два её младших сына. Одному Богу известно, где пропадал старший — Барриас. А родная дочь изо всех сил цеплялась за имя мужа и молилась, как бы при дворе не вспомнили, что она когда-то носила фамилию Каллиам.

Венсан Ко сидел у огня в общей комнате и ждал Клару. Он носил кожаные охотничьи штаны, хотя в городе на охоту никто не ходил, а господин, которому он служил, был мёртв. Вошла Клара, и глаза Венсана осветились нескрываемой и совершенно нелепой любовью, в движениях появилась неловкость. Гордиться тут нечем, но Кларе льстило его отношение. Помимо своей воли она находила в этом очарование.

— Я оставил Вам миску утренней овсянки, — сказал он. — Сейчас заварю свежий чай.

— Спасибо, — проговорила Клара, присаживаясь у небольшой железной печи.

— Позволите ли мне сопровождать Вас сегодня на прогулке, миледи? — этот вопрос он задавал каждый день, как ребёнок, просящий любимого учителя об одолжении.

— Буду рада, если составите мне компанию. Благодарю Вас.

Такой ответ она давала часто. Часто, но не всегда.

— Сегодня у меня важные дела.

— Да, моя госпожа, — кивнул Венсан.

Он не спрашивал, какие именно, потому что и так знал. Она собиралась свергнуть Гедера Паллиако с престола и, если получится, уничтожить его.