Закон тирана
Отрывок из книги Дэниэла Абрахама
Перевод Стрепетовой Марины

Клара проснулась, когда с улицы до нее донеслись знакомые голоса. Рассвет лишь начинал придавать ночной тьме ее каморки в меблированных комнатах серые утренние оттенки. Ее окно было закрыто пергаментной бумагой, которая пропускала внутрь совсем немного света и очень много холода. Она натянула шерстяные одеяла до самого подбородка, вжалась всем телом в тонкий матрас и слушала, как семейная пара под ее окнами снова вовсю разносила друг друга – это повторялось почти каждое утро. В его слабом теле скрывался маленький мальчишка, но при этом он был пьяницей. Она же была мегерой, которая выпила из него всю кровь и забрала всю его свободу. Он ходил по шлюхам. Она отдавала все его заработки своему брату. Сцены их семейного раздора были настолько же частыми и скучными, насколько казались грустными. И самое печальное, думала Клара, было то, что оба они не чувствовали любви, на которой и держались все их обиды. Вы не стали бы рыдать и кричать на улице на того, до кого вам нет никакого дела. Она пыталась представить, что бы они подумали, найди она их и расскажи им о том, насколько они на самом деле были счастливы.

Когда она наконец встала, в комнате уже было достаточно светло, чтобы разглядеть, как от холода ее дыхание превращается в пар. Она быстро надела белье, потом платье с корсетом, который завязывался на боку, так что она могла справиться с ним без помощи служанки. При других обстоятельствах она бы все еще носила траур, но раз лорд Регент зверски убил ее мужа за измену трону, то правила скорби могут слегка измениться. Она лишь повязала вокруг запястья полоску ткани, которую легко можно было спрятать под рукавом. Главное, что она чувствовала ее на своей руке. Этого вполне достаточно.

В комнате становилось все светлее, и теперь она смогла умыться и забрать волосы. С улицы уже доносились другие звуки. Стук колес, покрикивания извозчиков. Лай собак. Звуки зимнего Кэмнипола. Доусон ненавидел находиться в столице зимой. По зимним делам, так он говорил о своем отъезде, и его голос был полон презрения. Человек его статуса обычно проводит зиму на своих землях и ходит на Королевскую охоту. Правда, теперь уже не было никаких земель. Лорд Регент Гедер Паллиако забрал их и вернул во владение престола, чтобы затем отдать кому-то в качестве вознаграждения. А Клара жила на деньги, которые едва наскребали ее двое младших сыновей. Старший сын, Бэрриэт, пропал Бог знает куда, а ее внебрачная дочь была слишком занята тем, что старалась поскорее влиться в семью своего мужа, и молилась, чтобы суд забыл о ее девичьей фамилии – Каллиам.

Венсан Коу сидел у огня в комнате отдыха и ждал ее. На нем были кожаные охотничьи сапоги, хотя в городе не предвиделась охота, а господин, которому он раньше служил, был мертв. Совершенно нелепая любовь, которую он питал к Кларе, горела в его глазах, и, когда она зашла в комнату, он держался неуверенно, что не прибавляло ему достоинства. Но ей это было приятно и, несмотря ни на что, казалось очаровательным.
– Я оставил вам овсяной каши, – сказал он. – И сейчас завариваю свежий чай.
– Спасибо, – поблагодарила она, присаживаясь у небольшой печи.
– Могу ли я прогуляться сегодня с вами, миледи?
Он спрашивал это каждый день, будто ребенок, ищущий расположения у своего любимого учителя.
– Я буду рада вашей компании, спасибо, – таким почти всегда был ее ответ. Почти, но не всегда. – Сегодня у меня кое-какие дела.

– Да, мэм, – сказал Венсан, не спрашивая, какие дела ее ожидали, потому что он уже знал.

Она собиралась свергнуть Гедера Паллиако с престола и, если возможно, уничтожить его.