Отрывок из «Лексикона» Макса Барри

- Он приходит в себя.

- Их глаза всегда ведут себя так.

Всё вокруг было размытым. Что-то давило в правом глазу. Он издал тихий стон.

- Чёрт возьми!

- Дай мне…

- Слишком поздно, забей. Вытаскивай.

- Нет, ещё не поздно. Держи его.

Какая-то фигура выросла у него перед глазами. Он почувствовал затхлый запах мочи и алкоголя.

- Уил, ты меня слышишь?

Он дотронулся до лица, пытаясь убрать то, что давило в глазу.

- Держи его ру…, - и чьи-то пальцы охватили его запястье.

- Уил, нельзя, чтобы ты дотрагивался до лица.

- Почему он в сознании?

- Не знаю.

- Ты сделал что-то не так.

- Всё так. Подай мне ту штуку.

Шуршание. Он застонал.

- Не двигайся.

Он почувствовал горячее дыхание прямо возле своего уха.

- В твоем глазном яблоке игла. Не шевелись.

Он не шевелился. Что-то завибрировало, какой-то электронный инструмент.

- Дерьмо!

- Что?

- Они здесь.

- Уже?

- Передают, что их двое. Надо убираться.

- Я уже внутри.

- Нельзя делать это, пока он в сознании, и у нас нет времени, возможно, он вообще не тот, кто нам нужен.

- Если не помогаешь, то не мешайся.

Уил пошевелил губами: «Мне…хочется…чихнуть»

- Чихать сейчас нельзя, Уил.

Груз навалился на его грудь. В глазах потемнело. Его зрачки слегка двигались.

- Сейчас может быть больно.

Щелчок. Тихий визг инструмента. Острие вонзилось в его мозг. Он закричал.

- Ты же спалишь его!

- Всё хорошо, Уил. С тобой всё хорошо.

- Он… у него кровь из глаза.

- Уил, я хочу, чтобы ты ответил на пару вопросов. Важно, чтобы ты говорил только правду. Понятно?

Нет, нет, нет.

- Вопрос первый. Кем бы ты назвал себя: собакой или кошкой?

Что?

- Ну же, Уил. Собака или кошка?

- Не могу прочесть его ответ. Вот почему нельзя делать это, пока они в сознании.

- Отвечай. Боль приостанавливается, когда ты отвечаешь на вопросы.

Собака! – кричал он, - Собака, пусть будет собака!

- Он сказал собака?

- Да. Он пытался сказать собака.

- Хорошо, очень даже хорошо. Один есть. Какой твой любимый цвет?

Раздался звонок.

- Чёрт, чёрт меня возьми!

- Что?

- Вольф здесь!

- Не может быть.

- Передают, что он уже здесь.

- Покажи!

Голубой! – кричал он в тишину.

- Он реагирует, ты видел?

- Да видел я! Какая разница? Мы уходим, уходим.

- Уил, загадай число от одного до ста.

- Господи.

- Любое число. Давай.

Я не знаю.

- Сконцентрируйся, Уил.

- Вольф уже здесь, а ты тратишь время на эксперименты над левым парнем. Подумай, что ты делаешь.

Четыре, я выбираю четыре…

- Четыре.

- Я видел.

- Отлично, Уил. Осталось всего два вопроса. Ты любишь свою семью?

Да, нет, что за?..

- Он не здесь.

У меня же нет… Мне кажется, да. Я имею в виду, все любят свою семью…

- Стой, подожди. Окей, я вижу. Господи, это странно.

- Последний вопрос, Уил. Почему ты сделал это?

Сделал что? Сделал что, что, что?...

- Блокировка. А именно блокировка примерно шести разных сегментов. Я должен был догадаться.

Я не знаю, о чём вы. Я ничего не делал, клянусь. Я не причинил вреда никому, разве, разве что однажды я знал девушку…

- Давай.

- Да, окей.

Чья-то рука закрыла ему рот. Давление в глазном яблоке усилилось, стало тянущим. Они вытаскивали его глазное яблоко. Хотя нет: это была игла - то, что они извлекали. Наверное, он сильно вопил. Боль ушла. Чьи-то руки его приподняли. Он не мог видеть. Он плакал о своём бедном глазном яблоке, с которым обошлись так жестоко. Но оно было на месте. Оно было на месте.