- Он приходит в себя.
- У них всегда такие глаза.
Всё расплывалось. На правый глаз давило. Он сказал: «кхр».
- Твою мать!
- Держи, держи…!
- Слишком поздно, всё. Вытаскивай.
- Нет, не слишком. Держи его, - Он увидел очертания фигуры. Запахло перегаром и старой мочой. - Уил, ты меня слышишь?
Он потянулся к лицу, хотел убрать что-то, давившее на глаз.
- Стой! - Пальцы обхватили его руку. - Уил, не трогай лицо, это важно.
- Почему он в сознании?
- Не знаю.
- Ты где-то налажал.
- Нет. А ну, дай мне.
Послышалась возня. Он застонал.
- Не шевелись, - Ему горячо и близко дышали в ухо. - У тебя в глазу иголка, не шевелись.
Он не шевелился. Что-то зажужжало, какой-то прибор.
- Чёрт, чёрт, чёрт!
- Что?
- Они здесь.
- Так быстро?
- Двоих показывает. Уходим.
- Я уже начал.
- Нельзя, он в сознании. Ты ему мозги выжжешь.
- Может, и нет, - металлический щелчок.
- Нельзя, он же в сознании, и нет времени, и, может, это даже не он.
- Не хочешь - отвали, не мешай.
Уил сказал: «Мне… надо… чихнуть».
- Только не сейчас, Уил, это плохая идея.
Ему надавили на грудь. Стало темно, глаз слегка двигался.
- Может быть больно.
Режут. Низкий электронный вой. Железный штырь вгоняют прямо в мозг. Он закричал.
- Ты ему фарш из мозгов делаешь.
- Ты в норме, Уил. Ты в норме.
- У него… ой, у него кровь из глаза.
- Уил, ответь мне на несколько вопросов. Только отвечай честно. Ты понял?
«Нет, неет»
- Первый вопрос. Ты больше любишь собак или кошек?
«Что за…»
- Давай, Уил. Собак или кошек?
- Не могу прочитать ответ. Вот почему мы так не делаем, когда они в сознании.
- Отвечай. Боль проходит, когда отвечаешь на вопросы.
Он закричал: «Собак, о боже мой! Собак!»
- Он сказал «собак»?
- Да, попытался.
- Хорошо, очень хорошо. Один-ноль. Любимый цвет?
Что-то зазвонило.
- Твою мать!
- Что?
- Здесь Волк.
- Не может быть.
- Показывает, что он, твою мать, прямо тут!
- Дай глянуть.
Он крикнул в тишину: «синий!»
- Ответил. Видишь?
- Да, вижу. Какая разница? Нам пора. Пора двигать отсюда.
- Уил, загадай число от одного до ста.
- О, Господи.
- Любое число, давай.
«Я не знаю».
- Уил, соберись.
- Волк тут, а ты копаешься в мозгах не того человека. Что ты делаешь?
«Четыре, я выбираю четыре».
- Четыре.
- Я видел.
- Хорошо, Уил. Ещё два вопроса. Ты любишь свою семью?
«Да, то есть нет, в каком смысле».
- Ему хуже.
«У меня никого нет, мне кажется да, все же любят».
- Ладно, ладно. Хорошо. Я понял. Как странно.
- Последний вопрос. Зачем ты это сделал?
«Что? Я не»...
- Простой вопрос, Уил. Зачем ты это сделал?
«Что, что сделал, что, что».
- Разделитель. Точнее, разделители на восьми разных сегментах. Мне просто интересно.
«Я не понимаю, о чём вы, то есть, я ничего не сделал, никому, только, я только однажды встретил девушку»...
- Оно.
- Да. Да, отлично.
Ему закрыли рот. Стало сильней давить на глаз. А потом они стали вытаскивать его из черепа. Нет - это была игла, вытаскивали её. Наверное, он кричал. А потом всё прошло. Его подняли на ноги, он ничего не видел. Из покалеченного глаза текли слёзы,но он был на месте. Глаз был на месте.