- Он приходит в себя.

- У них с глазами всегда так.

Мир был размытым пятном. Что-то давило ему на правый глаз. "Оммг", - вместо слов получился какой-то странный звук.

- Вот черт!

- Дай-ка мне...

- Даже не думай - мы не успеем. Вынимай иголку.

- Успеем. Ты главное держи его покрепче.

Перед ним выросла расплывчатая фигура. Пахло перегаром и застарелой мочой.

- Уил, ты меня слышишь?

Он провел рукой по лицу, пытаясь стряхнуть давившую на него тяжесть.

- Держи его! - Кто-то схватил Уила за запястье.

- Уил, постарайся не трогать лицо. Это важно.

- Почему он в не в отключке?

- Не знаю.

- А я знаю - потому что у тебя руки не оттуда растут.

- Я здесь ни при чем. Подай-ка мне вон ту штуку.

Раздался шорох. "Хрр. Хррр." - промямлил Уил.

- Прекрати шевелиться. - Кто-то жарко дышал ему прямо в ухо. - У тебя в глазном яблоке торчит иголка. Так что не шевелись.

Уил подчинился. Какой-то электронный прибор запиликал у него под ухом.

- Черт! Черт! Черт!

- Что случилось?

- Они уже здесь.

- Так быстро?

- Устройство засекло двоих. Пора валить.

- Но я уже начал.

- Нельзя делать это, пока он в сознании. Ты ему мозги поджаришь.

- А вдруг не поджарю.

Объятия разомкнулись.

- Говорю же, нельзя продолжать, пока он в сознании, времени в обрез, и мы даже не знаем, он это или нет.

- Или помогай, или отойди.

- Я...чихнуть...хочу, - пробормотал Уил.

- Постарайся сдержаться, Уил. В твоем положении чихать опасно. - Что-то тяжелое навалилось ему на грудь и заслонило свет. Его глазное яблоко едва заметно дергалось. - Будет больно.

Щелчок. Протяжное электронное гудение. И боль, словно ему в голову вогнали гвоздь. Он застонал.

- У него мозги сейчас расплавятся.

- Все в порядке, Уил, все хорошо.

- Он... Черт, да у него кровь из глаза течет!

- Уил, мне нужно, чтобы ты ответил на несколько вопросов. И не просто ответил, а предельно честно. Понимаешь меня?

"Нет, нет, нет".

- Что же, начнем. Кого ты любишь больше - кошек или собак?

"Что за..."
- Ну же, Уил, кого? Кошек или собак?

- Ничего не могу прочитать. Вот почему нельзя делать так, когда они в сознании.

- Отвечай. Как только ответишь, боль утихнет.

"Собак!" - завопил он. - "Собак! Умоляю вас.."

- Он сказал "собак"?

- Да. Пытался.

- Отлично. Продолжим. Твой любимый цвет?

Откуда-то раздался звон.

- Проклятье! Чтоб я сдох!

- Что такое?

- Волк уже здесь.

- Не может быть!

- А эта чертова хреновина говорит, что может!

- Дай посмотреть.

"Синий!" - выкрикнул Уил в пустоту.

- Он отвечает, видишь?

- Вижу, и что дальше? Пора убираться отсюда. Уходим.

- А теперь, Уил, загадай число от одного до ста.

- Святые небеса!

- Любое число. Давай же.

"Не могу..."

- Соберись, Уил!

- Сюда идет Волк, а ты занимаешься ерундой! Берешь пробу не у того парня! Ты хоть сам понимаешь, что творишь?

"Четыре, я загадал четыре".

- Четыре.

- Я слышал.

- Молодец, Уил! Всего два вопроса осталось. Ты любишь свою семью?

"Да... нет... что за..."

- Он на пределе.

"Я не обязан...то есть, да, конечно... то есть, все любят..."

- Все-все, хватит. Я услышал тебя. Боже, до чего странно!

- И последний вопрос. Зачем ты это сделал?

"Что... я не..."

- Ну же, такой простой вопрос. Зачем ты это сделал?

"Сделал что... сделал что... сделал что..."

- Граница. Похоже, тут пересекаются восемь разных сегментов.

"Я не знаю, о чем вы, я ничего никому не делал, клянусь. Разве что...разве что...была одна девушка..."

- Есть!

- Ага. Порядок.

Чья-то ладонь зажала ему рот. Давление в глазном яблоке усилилось, появилось неприятное, сосущее чувство. Они хотели вырвать ему глаз. Нет, всего лишь вытаскивали иголку. Он кричал - наверное. А потом боль исчезла. Кто-то встряхнул его, поставил на ноги. Зрение так и не вернулось. Он хныкал, оплакивая свой бедный, изувеченный глаз. Но тот, как ни странно, был на месте. Его глаз все еще был на месте.