Lexicon by Max Barry

From Lexicon by Max Barry

- Он приходит в себя.
- У них всегда такая хрень с глазами.

Ничего не разглядеть. Правый глаз вот-вот лопнет. Он простонал: «Ууух».

- Блин!
- Подай мне…
- Ну хватит! Поздняк метаться. Сворачиваемся.
- Нет-нет! Попридержи-ка его.

В его мозгу прояснилось. Он учуял запах алкоголя и застоявшейся мочи.

- Уил? Слышишь меня?

Он попытался дотронуться до лица и стряхнуть то, что давило.

- Держи его…

Его схватили за запястье.

- Уил, не трогай лицо, не надо.

- Почему он в сознании?
- Не знаю.
- Ты накосячил где-то.
- Да нет же. Дай мне ту штуковину.

Что-то зашелестело. Он снова застонал: «Хууу, Хуууу».

- Не шевелись, - сказали ему, горячо дыша прямо в ухо. – В твоем глазу – иголка! Замри!

Он застыл. Что-то зазвонило, какой-то электрический прибор.

- Вот блин, блин!
- Что там?
- Они здесь.
- Уже?
- Двое из них. Нам нужно уходить.
- Я уже у цели.
- Ты ничего не добьёшься, пока он в сознании. Ты просто поджаришь ему мозги!
- Да нет же, - ответил он, снимая зажимы.
- Пока он в сознании, ты ничего не сделаешь. У нас нет времени, да, и вообще, может это не тот парень.
- Если не помогаешь, то хоть не мешай!

- Я… щас…чихну, - сказал Уил.
- Ты выбрал не подходящее время, Уил. Тебе будет больно.

Он почувствовал тяжесть в груди. В глазах потемнело, а правый слегка подергивался.
Раздался щелчок. Низкий электрический гудок. Ему как будто рельсом по башке дали! Он вскрикнул.

- Ты его без мозгов оставишь!
- Всё путем, Уил. Всё путем.
- Тьфу ты, блин! Да у него кровь из глаза пошла.

- Уил, ты сейчас ответишь мне на несколько вопросов. Ты должен говорить правду. Ты понял?
«Нет, нет, нет…»
- Вопрос первый: ты кто – собака или кошка?
«Что?..»
- Не медли, Уил. Собака или кошка?

- Я не могу расшифровать результаты. Пока они не в отключке, мы эти опыты не проводим.

- Дай ответ. Ответь – и боль прекратится.
«Собака! - прокричал он. – Собака, пожалуйста, собака!»

- Он сказал "собака"?
- Даа. Похоже, что "собака".
- Хорошо. Очень хорошо. На один ответил. Твой любимый цвет?

Раздался трезвон.

- Бляха-муха! Да раздери меня!
- Что там ещё?
- Волчица где-то рядом!
- Не может быть.
- Прибор не врет: она здесь ошивается!
- Дай посмотреть.

«Голубой! – прокричал он в этот момент».

- Он ответил. Ты слышал?
- Да, и что? Нам надо драпать. Надо бежать.

- Уил, назови любое число от одного до ста.
- О, Боже!

- Давай, называй, какое хочешь.
«Я не могу…»
- Уил, соберись!

- Волчица на хвосте, а ты дурью маешься, «по живому» тестируешь, да ещё не того, кто нам нужен. Ты хоть сам понимаешь, что делаешь?

«"Четверка", я выбираю "четверку"…»
- Четыре.
- Понятно.
- Так держать, Уил. Еще два вопроса. Ты любишь свою семью?
«"Да" - "Нет"? Какую?..»

- Сплошное разброс-шатание – его ответы.

«У меня нет… Ну, думаю, что "да", ну "да", все любят…»
- Тихо, тихо. Ладно, зафиксировал. Господи, как странно.
- И последний вопрос: зачем ты так поступил?
«Что?.. Я не понимаю…»
- Просто ответь, Уил. Почему так сделал?
«Делаю что, делаю что-что-что?..»

- Сочетание. Так и есть, сочетание восьми разных сегментов. Рискну предположить.

«Я не понимаю, на что вы намекаете… Клянусь, я не сделал ничего плохого... Я и пальцем никого не тронул…. Только, только что – девушка, однажды, знал».

- Вот оно, самое.
- Даа. Даа, хорошо.

Чья-то рука зажала ему рот. Давление в глазу усилилось, переросло в тянущую боль: они вытаскивали глазное яблоко! – Нет, только иголку! Кажется, он вскрикнул - и боль прошла. Его подняли. Он ничего не видел. Он оплакивал свой бедный искалеченный глаз. Но главное, что глаз был на месте. На месте.