From Lexicon by Max Barry

- Он приходит в себя.

- Их глаза всегда подрагивают.

Мир вокруг него - расплывчатое пятно. Что-то мешает в правом глазу. С губ слетает проклятье.

- Этого еще не хватало!

- Подай мне…

- Поздно. Вытаскивай!

- Не поздно. Придержи-ка его!

Чье-то смутное очертание. Запах спиртного и мочи.

- Уил, ты меня слышишь?

Он тянется к лицу - прочистить глаз.

- Держи!

Его запястье в чьей-то руке.

– Уил, не трогай лицо!

- Почему он в сознании?

- Понятия не имею.

- Наверняка ты что-то напортачил.

- Не думаю. Подай-ка мне эту штуку.

Шуршание. Он стонет. Чье-то горячее дыхание над самым ухом:

– Уил, только не дергайся! У тебя в глазу иголка. Так что спокойно.

Он замирает. Что-то тренькает, какое-то устройство.

- Вот черт! Только не это!

- Что там?

- Они здесь.

- Так быстро?

- Прибор показывает двоих. Надо уходить.

- Да уже все готово.

- Но он же в сознании. Ты поджаришь ему мозги.

- Думаю, обойдется.

Клацанье замка.

- Нет, погоди, мы не можем, пока он в сознании, да к тому же и времени нет. И вообще, он, скорее всего, не тот, кто нам нужен.

- Не хочешь помогать, вали отсюда.

- Я… сейчас… чихну.

- Уил, ни в коем случае.

Что-то тяжелое опускается на грудь. Все меркнет. Глаз чуть дергается.

- Сейчас будет немного неприятно.

Щелчок. Тихий гул электронного устройства. Мозг пронзает адская боль. Он вопит что есть мочи.

- Ты его поджаришь.

- Уил, все хорошо. С тобой все в порядке.

- Он… смотри, у него из глаза кровь.

- Уил, сейчас ты ответишь на несколько вопросов. Только честно! Ты понял?

- Не-е-е-т, пожалуйста…

- Первый вопрос. Кого ты любишь больше – котов или собак?

- Что?

- Кого любишь больше – котов или собак?

- Не читается. Это можно расшифровать только тогда, когда они без сознания.

- Отвечай! Боль прекратится, как только мы получим ответ.

- Собак! – кричит он. – Собак больше!

- Он выбрал собак?

- Да, попытался сказать, что собак.

- Отлично! Дальше. Какой твой любимый цвет?

Что-то звенит.

- Ну вот и все!

- Что там еще?

- Это Вульф. Она здесь.

- Не может быть!

- Да черта с два не может! Прибор не врет!

- Покажи.

- Синий! – его крик прорезает тишину.

- Он отвечает! Ты слышишь?

- Да слышу. Ну и что из этого? Нам надо уходить. Немедленно!

- Уил, выбери число от одного до ста.

- О, господи!

- Любое число.

- Я не знаю…

- Сосредоточься, Уил!

- Сюда идет Вульф, а ты уперся и тупо сканируешь не того, кто нам нужен. Думаешь, оно того стоит?

- Четыре, я выбираю четыре.

- Четыре.

- Слышу.

- Отлично, Уил. Еще два вопроса. Ты любишь свою семью?

- Да… нет… какую…

- Полный раздрай.

- У меня нет семьи, но, думаю, каждый любит.

- Да, понятно. Погоди-ка! Боже, уму непостижимо!

- Последний вопрос. Зачем ты это сделал?

- Что сделал? Я не…

- Уил, это же проще простого. Зачем ты это сделал?

- Что, что, что я сделал?

- Пограничное состояние. Почти в восьми различных сегментах. Подумать только!

- Я не знаю, я ничего не сделал, клянусь, ничего и никому, кроме, кроме, когда-то я был знаком с девушкой…

- Давай к нему!

- Ага, понял.

Ему зажимают рот. Боль в глазу усиливается, его будто высасывают. Вырывают что ли? Нет, это вытаскивают иголку. Он кричит, насколько позволяет зажатый рот. Потом боль проходит. Его поднимают. Он ничего не видит. Нестерпимо жалко покалеченный глаз. Но глаз на месте. Он цел.