– Он просыпается.

– Просто зрачок дергается, так бывает.

Все вокруг как в тумане. Правый глаз что-то сдавило. «Ох!»

– Да чтоб тебя!

– Надо…

– Поздно, не успеем. Доставай.

– Успеем. Придержи его.

Видно, как кто-то подошел. Завоняло перегаром и мочой.

– Уил! Слышишь меня?

Рука потянулась к лицу: убрать то, что сжимало голову.

– Куда?– чьи-то пальцы сомкнулись на запястье. – Уил, нельзя тебе трогать лицо, понимаешь?

– Почему он не в отключке?

– А я знаю?

– Где-то ты напортачил.

– Ни фига! Дай сюда.

Какой-то шорох. «А-а-а…» Совсем близко, прямо над ухом, горячее дыхание.

– Перестань дергаться. У тебя в глазу игла. Не шевелись.

Так. Не шевелиться. Что-то запищало, какое-то устройство.

– Вот черт! Черт, черт!

– Что такое?

– Они здесь.

– Так быстро?

– На приборе двое. Надо валить.

– Я уже вошел.

– Нельзя пока он в сознании. Мозги ему поджаришь.

– Могу и не поджарить.

Звякнули защелки.

– Говорю же – нельзя, и времени нет. Может, он вообще не тот.

– От тебя толку… уйди, не мешай.

«Я… хочу… чихнуть».

– Очень не вовремя, Уил.

Что-то тяжелое опустилось на грудь. В глазах потемнело. Зрачок дрогнул.

– Будет больно.

Надрез. Жужжание аппаратуры. Чувство, будто в голову вбили лом. «А-А-А!»

– Ну вот, ты его поджариваешь.

– Все хорошо, Уил, все хорошо.

– Твою ж… у него кровь из глаза.

– Уил, нужно, чтобы ты ответил на пару вопросов. Только честно, это очень важно. Понимаешь?

«Нет-нет-нет…»

– Первый вопрос: кого ты больше любишь – кошек или собак?

«Что…»

– Ну, Уил. Кошек или собак?

– Ничего не разобрать. Вот поэтому мы их и вырубаем.

– Отвечай. Тогда боль пройдет.

«Собак! Собак! Собак!»

– Что там? Собак?

– Да.

– Хорошо. Просто отлично. Один есть. Твой любимый цвет?

Сработала сигнализация.

– Твою ж мать!

– Что такое?

– Здесь Вулф!

– Быть того не может.

– На, сам посмотри.

Тишина…«Синий!»

– Видишь? Он ответил.

– Да, только теперь-то что с того? Надо
уходить. Срочно.

– Уил, задумай число от одного до ста.

– Ты серьезно?

– Любое число. Давай.

«Не знаю…»

– Ну же, постарайся.

– У тебя совсем крыша поехала? Вулф идет, а ты тут ковыряешься в мозгах у кого попало!

«Четыре! Четыре!»

– Четыре.

– Вижу.

– Молодчина, Уил. Осталось еще два вопроса. Ты любишь свою семью?

«Да… нет… причем здесь…»

«У меня нет… Наверное, да… В смысле, да, все любят…»

– У него уже мозги набекрень.

– Стоп, стоп. Хорошо, есть. Ничего себе!

– И последний вопрос: зачем ты это сделал?

«Что… Я не…»

– Это совсем не сложно, Уил. Зачем ты это сделал?

«Что сделал… Что-что-что»

– Пограничное значение. Как и примерно в восьми других сегментах.

«Не понимаю о чем вы я ничего не делал клянусь я никогда ничем таким не занимался хотя была одна девушка»

– Смотри.

– Да. Да, хорошо.

Чья-то ладонь зажала рот. Глаз сдавило еще сильнее, как будто его высасывают наружу. Они его вырывают! Нет, просто достают иглу. Кажется, визжал, как баба. Боль прошла. Чьи-то руки помогли подняться. Ничего не видно. Бедный, бедный измученный глаз. Но он еще на месте. Они его оставили.