Барри, Макс. Лексикон (отрывок).

- Он очнулся.
- Нет, глаза всегда так дергаются.
Мир вокруг застилала пелена. Правому глазу что-то мешало. Ч-ч-черт, - подумал он.
- Твою мать!
- Подай мне…
- Брось, поздно. Вынимай.
- Не поздно. Держи его.
В поле зрения возник силуэт. Пахло спиртным и туалетом.
- Уил! Ты меня слышишь?
Он потянулся к лицу, чтобы сбросить то, что давило.
- Держи его ру…
На запястье сомкнулись чьи-то пальцы.
- Уил, ты не должен касаться лица.
- Почему он в сознании?
- Не знаю.
- Ты напортачил.
- Нет. Подай вон то.
Шуршание. Хммм. Хмммм.
- Не шевелись, - сказали в ухо.
Он чувствовал совсем близко горячее дыхание.
– У тебя в глазу иголка. Не двигайся.
Он замер. Что-то тренькнуло, какая-то электроника.
- Дерьмо, вот дерьмо!
- Что?
- Они здесь.
- Так быстро?
- Показывает, что их двое. Уходим.
- Я уже ввел.
- Нельзя делать это, когда он в сознании. Ты спалишь ему мозг.
- Вряд ли.
Щелкнули, открываясь, зажимы.
- Нельзя. Он в сознании, времени нет, и вообще, это, скорее всего, не он.
- Не хочешь помогать – не мешай.
«Сейчас… чихну», - выговорил он.
- Этого я тебе в данный момент не советую, Уил.
Грудную клетку придавило. Стало темно. Он ощутил в глазу какие-то манипуляции.
- Будет немножко больно.
Щелчок. Низкий, похожий на вой, звук включающегося прибора. В мозг вонзился железный кол. Он истошно закричал.
- Ты его зажаришь.
- Ничего страшного, Уил. Ничего страшного.
- У него… о-о-о, у него кровь из глаза.
- Уил, ты должен ответить на несколько вопросов. Говори только правду. Ясно?
Нет нет нет…
- Первый вопрос. Охарактеризуй себя, Уил. Ты собака или кошка?
Что…
- Ну же, Уил. Собака или кошка?
- Не читается. Поэтому и нельзя, когда человек в сознании.
- Отвечай. Ответишь на вопросы - и я перестану делать больно.
Собака! – пронзительно закричал он. – Пожалуйста, не надо! Собака! Собака!
- Он сказал «собака»?
- Ну, да. Попытался.
- Хорошо. Просто отлично. На один ответили. Твой любимый цвет?
Что-то тревожно пикнуло.
- Черт! Черт!
- Что еще?
- Здесь Вулф!
- Не может быть.
- Блин, сам посмотри!
- Дай сюда.
Голубой! – крикнул он в тишину.
- Видишь? Он ответил.
- Да вижу я! И что? Уходить надо. Нам надо у-хо-дить.
- Уил, назови число от одного до ста.
- О, господи…
- Любое число, которое тебе нравится. Давай.
Я не знаю…
- Соберись, Уил.
- Сейчас здесь будет Вулф, а ты ковыряешь зондом левого чувака. Пошевели мозгами.
Четыре число четыре…
- Четыре.
- Не слепой. Хорошо, Уил. Осталось всего два вопроса. Ты любишь свою семью?
Да… нет… что за во…
- Слушай, он во всех сегментах.
У меня нет… наверно, да, то есть, да, все любят…
- Стой, стой. Ага. Вижу. Дааа, ну и ну. Последний вопрос. Почему ты это сделал?
Что… я не…
- Простой вопрос, Уил. Почему ты это сделал?
Что сделал что сделал что что…
- На границе, я бы сказал. На границе эдак восьми разных сегментов.
Не знаю что вы имеете в виду я ничего не сделал клянусь я никогда ничего никому не… только… только… была одна девушка…
- Вот.
- Ну, да. Да. Хорошо.
Ему зажали рукой рот. Давление в глазу усилилось, его словно тянули. Они вырывают ему глаз. Нет - иголку, вынимают иголку. Он вскрикнул. Наверно. А затем боль исчезла. Его подняли чьи-то руки. Он ничего не видел. Он оплакивал свой бедный покалеченный глаз. Но он был цел. Глаз был цел.