Макс Барри
Отрывок из романа «Лексикон»

— Похоже, он приходит в себя.

— Да у них всегда так веки дергаются.

Все вокруг было нечетким, размытым. Правый глаз был просто готов лопнуть от распиравшего его давления. Он застонал.

— Твою мать!

— Держи его…

— Брось! Ты упустил момент. Снимай с него все.

— Да ничего не упустил. Держи его!

Над ним нависла темная фигура. В нос ударил запах перегара и вонь застарелой мочи.

— Уил, слышишь меня?

Он потянулся рукой к голове, чтобы убрать с лица предмет, который давил на глаз.

— Держи его…

Чья-то рука стиснула запястье.

— Уил, ты не должен дотрагиваться до лица. Это очень важно.

— Почему он не вырубился?

— Откуда я знаю?

— Ты где-то напортачил, мать твою!

— Ни хрена не напортачил! Поговори мне еще.

Что-то зашуршало. Уил снова застонал.

— М-м-м-м…

— Хватит ерзать!

Ухо обожгло чье-то частое, прерывистое дыхание.

— Уил, у тебя в глазу игла. Лежи смирно.

Он замер. Послышался мелодичный звон какого-то прибора.

— Черт! Твою мать!

— Ну чего еще там?

— У нас гости.

— Как? Уже?

— Пишут, что их двое. Стоят за дверью. Надо сматываться.

— Но я уже начал.

— Ну и что? Тест проводят только когда клиент в отрубе. Иначе у него мозги спекутся.

— Да вдруг не спекутся.

Щелкнули металлические замки.

— Я тебе говорю, нельзя ничего делать, если клиент очухался. И вообще у нас мало времени. К тому же, может, этот парень нам не подходит.

— Не помогаешь, так хоть не мешай.

— Я… сейчас… чихну, — прошептал Уил.

— Чихать сейчас не время, приятель.

Тяжесть переместилась на грудь. На него опустилась темнота. Глаз немного дернулся.

— Будет немного больно.

Послышалось громкое «Щелк!» Зажужжал какой-то прибор. И вдруг — словно острая спица вонзилась в глаз и проникла в самый мозг. Он завыл.

— Ты ему мозги зажаришь!

— Все идет путем, Уил! Все просто отлично!

— Он ведь… Черт, да у него же кровь из глаза идет.

— Уил, ты должен ответить на пару вопросов. Отвечай честно и прямо. Усек?

«Нет, я не буду… не хочу… ни за что…»

— Вопрос первый. Если бы у тебя был выбор, кем бы ты стал кошкой или собакой?

«Что за…»

— Ну, давай же, Уил, отвечай! Кошкой или собакой?

— Не могу ничего разобрать. Именно поэтому все делают, когда клиент в отключке.

— Отвечай, Уил! Если будешь отвечать на вопросы, боль пройдет.

«Собакой! — мысленно завопил он. — Господи, ну собакой же!»

— Кажется, он сказал «собака».

— Да, он так и сказал.

— Отлично! Класс! Один есть. Продолжим: твой любимый цвет?

Снова раздался мелодичный звон.

— Твою мать! Охренеть, блин!

— Ну что еще?

— Вулф пожаловала.

— Не может быть!

— Тут пишут: она тут.

— Ну-ка, покажи.

«Синий!» — крикнул он в тишину.

— Видишь, он отвечает.

— Вижу. Да и плевать. Мы должны сваливать. Сваливать сию же минуту.

— Уил! Задумай число от одного до ста.

— Боже ты мой!

— Любое число. Давай!

«Не могу…»

— Соберись, Уил!

— Вулф стоит за дверью, а ты занимаешься всякой хренью, испытываешь наживую какого-то парня. Ты только подумай, зачем все это.

«Четыре. Я сказал «четыре».

— Четыре.

— Да вижу я.

— Отлично, Уил! Осталось еще два. Любишь ли ты свою семью?

«Да… Нет… Что за ерунда…»

— Он совершенно охренел от твоих вопросов.

«У меня нет никакой… Думаю, что да. Ведь все же любят своих близких».

— Постой-постой! Так, я его вижу. Черт, странная штука получается.

— Еще один вопрос: для чего ты это сделал?

«Сделал что? Я ничего не делал …»

— Простой вопрос, Уил. Зачем ты пошел на это?

«Да что же это? Что я сделал? О чем вы вообще?»

— Он на самой границе. Прямо на точке схождения возьми различных секторов. Попробую отследить его.

«Не понимаю, о чем речь. Я ничего такого не делал. Клянусь, что не причинил вреда ни одной живой душе. Вот только… Когда-то давно у меня была девушка…»

— Есть!

— Да-да. Я вижу.

Чья-то ладонь легла ему на рот. Боль в глазу усилилась, казалось, он сейчас выскочит из глазницы. Они хотят вырвать его! Но нет: это просто выходила игла. Он, кажется, вскрикнул. И тут боль пропала. Чьи-то руки рывком подняли, усадили его. Он ничего не видел. Он жалобно заплакал из-за боли в пораненном глазу. Но, по крайней мере, он был цел. Его глаз был на месте.