- Очнулся, что ли?

- Ты про глаза? Это всегда так...


Один глаз ни черта не видел, другой был как под прессом. «Ё...»

- Блять, очнулся!

- Возьми...

- Поздно, нафиг. Убирай все.

- Успеем. Держи его.


Сквозь запах застарелой мочи и спирта проступали смутные очертания чьей-то фигуры.

- Уил, слышишь меня?


Вместо ответа он потянулся убрать то, что давило на глаз.

- Эй! – Запястье тотчас крепко сжали. – Не трожь лицо, Уил, это опасно.

- С чего он очнулся-то?

- Без понятия.

- Ты где-то слажал.

- Нет. Подай-ка…


Что-то хрустнуло. Он отозвался стоном.

- Спокойно! – теперь говорили в самое ухо, жарко дыша. – У тебя игла в глазу. Дернешься – хуже будет.


Он замер. В тишине что-то зазвонило.

- Проклятье…

- Что там?

- Они явились.

- Что, уже?

- Да, двое. Надо валить.

- Я уже начал.

- Нельзя, он же очнулся! Хочешь мозги ему зажарить?

- Ну, это вряд ли.


Щелкнули какие-то застежки.

- Ты прешь против всех правил! Чувак очнулся, за нами хвост… И вообще, с чего ты взял, он – тот самый?

- Слушай, не помогаешь – вали.

- Я… я щас… чихну, - пробормотал Уил.

- Плохая идея, Уил, не сейчас.


Грудь сдавило под чьей-то тяжестью. Он уже ничего не видел. Чуть дрогнул глаз.

- Вот теперь держись.


Щелчок. Послышался низкий гул, и стальное острие вошло прямо в мозг. Уил заорал.

- Все, бля, поджарил…

- Порядок, Уил. Все по плану.

- Он же… черт! Кровь из глаза!

- Уил, надо ответить на пару вопросов. Говоришь только правду. Понял?

«Нет, нет, не надо…»

- Первый вопрос. Кто тебе ближе, кошки или собаки?

«Какого...»

- Давай, Уил. Кошки или собаки?

- Не читается. Дохлый номер, он же в сознании.

- Уил, давай. Ответишь на все вопросы – уберу иглу.

«Собаки, блин! Да, да, собаки!»

- Он сказал «собаки»?

- Собаки, да.

- Отлично. Следующий вопрос, Уил: твой любимый цвет?


Опять звонок.

- Ну все, пиздец.

- Что там?

- Волк здесь!

- Исключено.

- А по сигналу - совсем рядом!

- Дай гляну.

«Синий!» - простонал Уил в пустоту.

- Он ответил, видишь?

- Да, вижу! Пофиг. Валить надо, и побыстрей.

- Уил, теперь назови число от одного до ста.

- О, господи…

- Любое число, какое хочешь. Давай.

«Не знаю я…»

- Соберись, Уил.

- Ты вообще понимаешь, что творишь?! Сейчас явится Волк, а ты тут возишься хрен знает с кем - и по-живому!

«Четыре. Пусть будет четыре».

- Четыре.

- Да вижу я.

- Отлично, Уил. Осталось всего два вопроса. Ты любишь свою семью?

«Ну… да… смотря что…»

- Растекся мыслями...

«У меня нет… но, думаю, да… все любят».

- Стоп, да, все, вижу. За каким только чертом…

- Последний вопрос. Зачем ты это сделал?

«Не понимаю…»

- Уил, простой вопрос: зачем ты это сделал?

«Что сделал, что, что?!»

- Смазано. Что-то на стыке восьми кусков. Придется угадывать.

«Не знаю, о чем вы… Клянусь, я ничего такого не делал… Ничего и никому, разве что когда-то давно… с одной знакомой…»

- Есть.

- Вот теперь все.


Рот тут же зажали. Глаз вдавили еще сильней, боль стала нестерпимой. Выдергивают… нет, все-таки не глаз. Иглу вытащили. Кажется, он кричал. Потом внезапно отпустило. Кто-то потянул его вверх и прислонил к стене.

Зрение не возвращалось. Готовый к худшему, Уил потрогал лицо. Глаз, по крайней мере, был на месте. Да, на месте.