- Приходит в себя.

- С глазами вечно так.

Мир оказался размытым, на правый глаз что-то давило. «Ик».

- Бля!

- Дай...

- Поздно, брось. Вынимай.

- Не поздно! Держи его.

В поле зрения появилось нечто, увеличилось. Пахло алкоголем и застарелой мочой.

- Уил? Вы меня слышите?

Что-то лежало на лице, он попытался смахнуть.

- Держи... – на запястье сомкнулись пальцы. – Уил, не трогайте лицо. Это важно.

- Почему он в сознании?

- Не знаю.

- Ты где-то напортачил.

- Нет. Передай вон то.

Шуршание. «Хннн... хннннн...»

- Не шевелитесь. – В ухо задышали, жарко, интимно. – У вас в глазу игла. Не двигайтесь.

Он не двигался. Послышалась электронная трель.

- Вот дрянь!

- Что?

- Они.

- Уже?

- Написано, что двое. Уходим.

- Я уже ввёл.

- Нельзя, пока он в сознании. Мозги ему спалишь.

- Не факт.

Зажимы расщёлкнули.

- Нельзя, пока он в сознании, у нас нет времени, и, скорее всего, это не он.

- Не хочешь помогать – отойди!

Уил сказал: «Мне... нужно... чих... нуть»

- Не стоит, Уил. - На грудь опустилась тяжесть. Мир потемнел. Глазное яблоко чуть двинулось. - Может быть больно.

Щелчок. Тихий электронный стон. В голову вогнали рельсовый костыль. Он заорал.

- Ты его жжёшь.

- Всё хорошо, Уил. Всё хорошо.

- Он... ой, у него глаз кровит.

- Уил, мне нужно, чтобы вы ответили на несколько вопросов. Важно, чтобы вы отвечали правду. Вы меня поняли?

«Нет нет нет....»

- Первый вопрос. Вы скорее собачник или скорее кошатник?

«Какого...»

- Давайте же, Уил. Кошка или собака?

- Я не могу прочесть. Именно поэтому нужно, чтобы они не приходили в сознание.

- Ответьте на вопрос. Когда ответите на все, боль прекратится.

«Собака! – заорал он. – Собака, пожалуйста, собака!»

- Собака?

- Угу. Он пытался сказать «собака».

- Хорошо, очень хорошо. Один уже есть. Ваш любимый цвет?

Что-то тренькнуло.

- Бля! Ну что за хрень!

- Что?

- Вулф здесь.

- Не может быть!

- Да написано же!

- Покажи.

«Голубой!» - прокричал он в тишине.

- Он ответил. Видишь?

- Вижу, вижу! Какая разница? Надо уходить. Уходить надо.

- Уил, прошу вас задумать число от единицы до ста.

- О, господи!

- Любое число, какое хотите. Давайте.

«Не знаю».

- Сосредоточтесь, Уил.

- Вулф здесь, а ты тут выёживаешься с зондом вживую на не том парне. Ты понимаешь, что творишь?

«Четыре. Я выбрал четыре».

- Четыре.

- Я видел.

- Отлично, Уил. Осталось всего два вопроса. Вы любите свою семью?

«Да, нет, какой...»

- Не пойми что.

«У меня нет... Да, наверное. То есть, да, все любят...»

- Подожди, подожди. Ладно, вижу. Боже, чёрт-те что!

- Ещё один вопрос, и всё. Почему вы это сделали?

«Что... Я ничего...»

- Простой вопрос, Уил. Почему вы это сделали?

«Что сделал, что сделал, что, что, что...»

- На границе. Причём для восьми разных сегментов. Угадайка.

«Я не знаю, что вы имеете в виду, я ничего не делал, клянусь, я ничего никому никогда не делал, кроме, кроме, когда-то, с девушкой...»

- Вот.

- Да. Ну, ладно.

Чужая ладонь зажала рот. На глаз надавили сильнее, потом потянули. Они его вытаскивают! Нет, это вынимали иглу. Вероятно, он вскрикнул. Боль исчезла. Руки помогли ему подняться. Он ничего не видел. Рыдал над своим несчастным глазом. Замученным, но всё ещё на месте. На месте.