- Возвращается. Посмотри на глаза.
- Это рефлекс. У них бывает.
Почему вокруг туман? И что так давит на правый глаз?
- Мычит что-то. Вот дерьмо!
- Передай теперь…
- Всё, поздно. Вынимай.
- Нет. Подержи его.
Какие-то силуэты в тумане. Кисло воняет выпивкой и застарелой мочи.
- Уил? Слышишь меня?
Что с глазом? Проверить бы…
- Не дай ему…- чьи-то пальцы стиснули запястье. – Не надо трогать лицо, Уил.
- Почему он оклемался?
- Не знаю.
- Блин! Ты где-то напортачил.
- Нет. Подай вот это.
Шорох, возня. Господи, что происходит?..
- Спокойно, не дёргайся. – влажное дыхание и вкрадчивый шепот у самого уха:
- У тебя в глазу игла.
Застыть, не двигаться.
Щелчок, гул и мерная вибрация. Какая-то электроника.
- Ну всё, мать твою.
- В чем дело?
- Они здесь.
- Уже?
- Засёк двоих. Сворачиваемся.
- Но я уже внутри.
- Без разницы. Раз он оклемался, ты ему просто мозги зажаришь.
- А я рискну.
Металлический щелчок.
- Кончай, всё без толку. Он в сознании, времени нет. А потом – может, это не он.
- Не помогаешь – не путайся под ногами.
- Сейчас…чихну…
- Постарайся этого не делать, Уил.
Кто-то навалился на грудь. Опять темно. Зашевелилось глазное яблоко.
- Приготовься. Будет больно.
Разряд. И мерный гул электроники. В мозг будто вогнали стальной штырь.
- Ты его поджариваешь.
- Спокойно, Уил. Всё в порядке.
- Да у него кровь из глаза!
- Уил. Сейчас я задам тебе несколько вопросов. Отвечай правду. Это важно. Понимаешь?
Нет…нет…нет…
- Вопрос первый. Кого ты больше любишь? Кошек или собак?
Что за…
- Ну, Уил. Кошек? Собак?
- Не считывается. Говорил же – когда они в сознании, не получается.
- Ну, отвечай. Ответишь – перестанет болеть.
Собак! Господи, собак!!!
- По-моему, сказал «собак»?
-Типа того. Пытался.
- Так. Отлично. Один есть. Теперь второй: твой любимый цвет?
Повторяющиеся гудки.
- Полный пипец!
- Что опять?
- Вулф здесь.
- Невозможно.
- Ещё как, мать твою, возможно. На, смотри.
- Ну?
«Синий!» От собственного крика заложило уши.
- Вроде ответил. Видел?
- Ну видел, и что? Валим отсюда! Понял?
- Уил. Пожалуйста, назови любое число от единицы до ста.
- Опять ты за своё!
- Любое. Давай!
Нет, в голове пусто…
- Соберись!
- Ты соображаешь, что творишь? Вулф вот-вот заявится, а он всё возится непонятно с кем.
Четыре! Пусть будет четыре!
- Четыре.
- Сам вижу.
- Хорошо. Осталось два вопроса. Ты любишь свою семью?
Да. Нет. Какую ещё…
- У него мысли путаются.
Нет никакой…то есть, да…все ведь любят…
- Ну-ка, ну-ка. Да! Вижу! Господи, это фантастика.
- И ещё вопрос. Зачем ты это сделал?
Что…Ничего не…
- Вопрос простой. Зачем ты это сделал?
Сделал что? Что…что…
- Барьер. Внутри примерно восемь сегментов. Очень интересно…
О чем они…Ничего не делал…Никому, ничего…разве что тогда, давно… эта девушка…
- Всё получилось.
- Да. Да, отлично.

Чужая ладонь зажала рот. Боль в глазу изменилась. Стала тянущей. Невыносимой. Они что-то делают с глазом. Выдавливают… Нет, это игла: её вынимают.
Потом всё кончилось. Чьи-то руки дёрнули, приподняли. Боль ушла. Слепота осталась. Значит, глаз… Но нет, он на месте. Глаз цел!