- Он приходит в себя.

- С глазами так всегда бывает.

Все вокруг казалось размытым. На правый глаз что-то давило. Он протестующе захрипел.

- Твою ж мать!

- Давай сюда…

- Брось, не успеем. Вытаскивай.

- Еще как успеем. Держи его, - перед ним появился расплывчатый силуэт. В нос ударил застарелый запах алкоголя и мочи.

- Уил? Ты меня слышишь?

Он поднял руку, силясь смахнуть то, что давило на глаз.

- Держи… - его запястье перехватили.

- Уил, слушай внимательно, тебе нельзя трогать лицо.

- Почему он не в отключке?

- Я не знаю.

- Ты где-то прокололся!

- Все в порядке. Дай сюда.

Раздался шорох. Он замычал.

- Перестань дергаться, - кто-то горячо пыхтел ему прямо в ухо. – Из твоего глаза торчит игла. Не двигайся.

Он не шевелился. Послышалось жужжание какого-то электрического прибора.

- Да чтоб тебя!

- Что такое?

- Они здесь.

- Так быстро?

- Судя по всему, их двое. Нам пора сматываться.

- Я уже внутри.

- Он в сознании, ты не можешь ничего сделать. Ты поджаришь ему мозги.

- Может, и не поджарю, - щелкнули зажимы.

- Ты ничего не сделаешь, пока он в сознании, у нас нет времени, и мы не знаем, тот ли это парень.

- Не помогаешь, так хотя бы под руку не лезь.

Уил выдавил:

- Я… сейчас… чихну…

- В данный момент это очень плохая идея, Уил, - ему на грудь опустилось что-то тяжелое и заслонило свет. Глазное яблоко едва заметно дернулось.

- Будет немного больно.

Щелчок. Низкий электрический гул. В его мозг вонзился металлический стержень. Он закричал.

- Ты его поджаришь!

- Все хорошо, Уил, все хорошо.

- У него… ох, у него из глаза кровь течет.

- Уил, я хочу, чтобы ты ответил на пару вопросов. Отвечать нужно искренне. Ты меня понял?

«Нет, нет, не…»

- Первый вопрос. Кого ты больше любишь, собак или кошек?

«Что…»

- Давай же, Уил. Собак или кошек?

- Я не могу это считывать. Пока он в сознании, ничего не получится.

- Отвечай на вопрос. Боль прекратится, когда ты ответишь.

«Собак! – крикнул он. – Собак, слышите, собак!»

- Он сказал «собак»?

- Да, он хотел сказать «собак».

- Отлично. Очень хорошо. Одним меньше. Какой твой любимый цвет?

Послышался звон.

- Ох, мать твою…

- Что?

- Волк уже здесь!

- Не может быть.

- Он прямо здесь, показания не врут.

- Покажи.

«Синий!» - крикнул он в тишине.

- Он ответил. Ты видел?

- Да уж видел. Какая, к черту, разница? Нам надо сматываться. Нам надо отсюда сматываться.

- Уил, загадай число от одного до ста.

- Ох, господи.

- Любое, какое хочешь.

«Я не знаю…»

- Сконцентрируйся, Уил.

- Волк уже здесь, а ты снимаешь пробу на живую, да еще и не с того парня. Ты хоть соображаешь, что делаешь?

«Четыре, я выбираю четыре…»

- Четыре.

- Я видел.

- Отлично, Уил. Осталось всего два вопроса. Ты любишь свою семью?

«Да, нет, что это за…»

- Он растерялся.

«У меня нет… да, наверное, я говорю, да, все любят…»

- Погоди-погоди. Ладно. Я вижу. Странно.

- Еще один вопрос, Уил. Зачем ты это сделал?

«Что… я не…»

- Простой вопрос, Уил. Зачем ты это сделал?

«Да что сделал-то, что сделал, что…»

- Пограничный результат. Пограничный на восьми разных сегментах. Это навскидку.

«Я не знаю, о чем вы, я ничего не делал, клянусь, я никогда никому ничего, только вот, только, я
раньше был знаком с девушкой…»

- Вот оно.

- Да. Да, хорошо.

Ему зажали рот рукой. Давление усилилось, глаз потянуло. Они пытались вытащить глазное яблоко. Нет – просто убирали иглу. Кажется, он закричал. Потом боль прекратилась, и его поставили на ноги. Он ничего не видел. Из покалеченного глаза катились слезы, но он по-прежнему был на месте. Слава богу, на месте.